Как сообщалось, с 1 января 2009 года ставки акцизов на подакцизную продукцию были увеличены в среднем на прогнозный уровень инфляции - 9-11%. В частности, ставки акцизов на крепкие (с долей этилового спирта от 28%) алкогольные напитки и на алкогольные напитки крепостью от 7 до 28% увеличены на 4,3% (I полугодие 2009 года к II полугодию 2008 года). Такой же прирост акцизов предусмотрен во II полугодии к I полугодию 2009 года.

Между тем, ставки акцизов на оригинальные виноградные вина были повышены в I полугодии 2009 года на 20%, во II полугодии - еще на 30%. Ставки акцизов на слабоалкогольные напитки (с долей этилового спирта до 7%) были увеличены в среднем на 34%.

Ставки акцизов на табачные изделия дифференцированы с разделением сигарет с фильтром в зависимости от их розничной цены на 3 группы: до Br1400, от Br1400 до 2500 и свыше Br2500 за пачку.

На долю акцизов приходится 7,5% доходов республиканского бюджета, которые в 2008 году составили Br49 трлн.

Белорусское общественное объединение “Трезвеннность-Оптималист” им. Г.А. Шичко предлагает на сайте Минфина Беларуси по адресу: http://www.minfin.gov.by/rmenu/priem/obrsv/ направить сообщение от себя, группы людей, коллектива о поддержке этого шага.

• Российский демографический кризис (2)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 1 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 1 (1)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 2 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 4 (0)

http://www.duma.gov.ru/faces/lawsearch/search.jsp – это адрес Госдумы. Там в поисковом запросе пишите Закон о рекламе, и ставите дату с 01.10.2008. И увидите все законопроекты со свежей информацией об их рассмотрении.

До 20 января еще можно отправить телеграммы на имя спикера ГосДумы или других подходящих лиц.

Первый заместитель председателя Союза борьбы за народную трезвость – Григорий Иванович Тарханов

Пояснение:

Осенью 2008 года депутат Государственной Думы Российской  Федерации Геннадий Гудков предложил к рассмотрению законопроект полностью снимающий ограничения рекламы пива в СМИ. Якобы для спасения российских СМИ от неминуемого банкротства в условиях мирового кризиса.  19 декабря 2008 г.  гражданин Гудков свою подпись отозвал. Однако свинья в виде законопроекта, как видим, осталась…

• Иностанцы о винопитии в России в XVI-XVII веках (0)
• Кабаки на севере в XVII веке (0)
• Российский демографический кризис (2)
• Рынок пива Беларуси за январь-октябрь 2006–2007 гг. (0)
• Обменный курс водки на пиво (0)

Д. А. Халтурина, А. В. Коротаев

С 1987 г. по 1993 г. суммарный коэффициент рождаемости в стране сократился с 2 до 1,3 ребенка на женщину, а рождаемость упала с 17,2 до 9,4 родов на 1000 чел. С 1986 по 1994 гг. смертность в России выросла с 10,4‰ до катастрофического и аномального для сколько-нибудь развитых стран уровня 15‰. В 1991–1992 гг.смертность сравнялась с рождаемостью, а вскоре и значительно превысила ее. В настоящее время смертность в России продолжает радикально превышать уровень рождаемости, что ведет к быстрому вымиранию нашей страны.

Алкогольная гипотеза
Уже само географическое распределение демографических показателей указывает на важность алкогольного фактора, поскольку Россия и другие постсоветские европейские государства, в отличие от стран Закавказья и Средней Азии, а также глубоко исламизированных республик Северного Кавказа, имеют тяжелые алкогольные проблемы.
Для России весьма важно, что потребление алкоголя в больших дозах за одно мероприятие увеличивает вероятность образования тромбов, гипертонии и аритмии. Как следствие, потребление больших количеств алкоголя за раз (binge drinking), даже если оно случается не очень часто, является значимым фактором сердечно- сосудистой смертности (Kauhanen et al. 1997; McKee, Britton 1998; Evans et al. 2000; Rehm, Sempos, Trevisan 2003). При такой модели потребления алкоголя даже не сильно пьющие люди попадают в группу риска. Р. Мюррей с соавторами пишут, что однозначно опасным с точки зрения сердечно-сосудистых заболеваний и смертности является потребление более 70 г. этанола за раз для мужчин и более 64 г. для женщин (Murray et al. 2002).
Вероятно поэтому некоторые исследования не обнаруживают в России защитного воздействия алкоголя на сердечно-сосудистые заболевания среди малопьющих (Averina et al. 2005). Ведь в России зачастую даже умеренно пьющие потребляют большие разовые дозы, пусть и не очень часто. О высоком вкладе злоупотребления алкоголем в сердечно-сосудистую смертность свидетельствуют данные судебно-медицинских экспертиз тел умерших. Исследования, проведенные в двух городах России, обнаружили повышенное содержание алкоголя в крови значительного процента умерших от болезней системы кровообращения (Курск, 29% мужчин, 9% женщин, 1991 г.; Ижевск, 47% мужчин 20−55 лет, конец 1990-х). Под маской значительной  части сердечно-сосудистых диагнозов в обоих случаях скрывалось алкогольное отравление, поскольку дозы алкоголя, обнаруженные в крови у ряда умерших были смертельно опасными (Школьников, Червяков 2000; Немцов 2003а, 2003б). Согласно расчетам А. В. Немцова, ни Курская область, ни Удмуртия не являются лидерами среди регионов России по вкладу алкогольной смертности в общую. Очевидно, что если бы подобные исследования были проведены по общероссийской выборке, то результат был бы сходным.
Нередко связанными с алкоголем являются и «трезвые» смерти от болезней системы кровообращения, поскольку нанесенный алкоголем вред нередко приводит к развитию хронических заболеваний. Многие геморрагические инсульты в России спровоцированы потреблением алкоголя. Такие инсульты характеризуются высокой летальностью, но смерть может наступить через определенный срок после инсульта, и повышенный уровень содержания алкоголя в крови умерших зарегистрирован не будет.
Вклад алкоголя в смертность от внешних причин (травмы, отравления, несчастные случаи, убийства, самоубийства) гораздо выше, чем в сердечно-сосудистую смертность.
Смертность от алкогольных отравлений в России − самая высокая в Восточной Европе и, по всей видимости, самая высокая в мире (Stickley et al. 2006).
Широко распространено мнение, что причиной большинства алкогольных отравлений является повышенная токсичность нелегальной алкогольной продукции. При этом забывается, что этанол сам по себе − токсичное вещество, и что одномоментный прием 400 г качественного спирта является смертельно опасным для большинства. Токсикологические исследования показали, что основная часть потребляемых в России самогона и фальсифицированной водки не более, а в ряде случаев, менее токсична, чем качественная водка.
Огромен вклад алкоголя в смертность от внешних причин: отравлений алкоголем, убийств, самоубийств, ДТП, травм, несчастных случаев и т.д. (Skog 1991; Romelsjo 1995; Немцов 2001: 62; Rossow, Pernanen, Rehm 2001).
Как уже упоминалось выше, большинство убийц в России нетрезвы в момент убийства (МВД 2005). В нетрезвом виде погибает около половины самоубийц, значительная часть которых не совершила бы роковой шаг, если бы не находилась в состоянии опьянения (Немцов 2001).
Исследование содержания алкоголя в крови мужчин трудоспособного возраста, умерших от травм в 2000−2004 гг. в г. Краснодаре, показало, что 55% из них имели повышенную концентрацию алкоголя в крови (Редько, Сахарова 2006). Как говорилось ранее, мощнейший вклад в российскую сверхсмертность вносят смерти мужчин трудоспособного возраста. Исследование результатов судебно-медицинских экспертиз в Ижевске показало, что доля умерших в состоянии алкогольного опьянения среди этой группы составила 62% (концентрация алкоголя в крови более 0,3‰), что хорошо соотносится с результатами А. В. Немцова (2001, 2003а, 2003б), рассчитанными для России, в целом.

Алкоголь и социальный кризис в России
В начале 1990-х гг. Россия погрузилась в социально-экономический кризис, который существенно подорвал ее потенциал развития. И если в экономической сфере последние годы наблюдается положительная динамика и восстановление, то в социальной сфере тяжелейший кризис, охвативший широкие слои населения, и не собирается заканчиваться. Одной из важнейших причин социальной деградации российского общества являются крайне тяжелые алкогольные проблемы, достигшие масштабов гуманитарной катастрофы.
Многие из показателей социального неблагополучия в России имеют экстремально высокие значения не только на фоне западных стран, но и на фоне более бедных, чем Россия, стран СНГ и Третьего мира.
Так, в глубоком кризисе в России находится институт семьи. В 2006 г. на 100 браков приходилось 58 разводов, а в предыдущие годы этот показатель был еще выше (Росстат 2007г). При этом, согласно опросам населения, алкоголизм и наркомания – самые распространенные из причин разводов (ВЦИОМ 2007).
Распространенность оставления детей в России самая высокая в Восточной Европе и, по всей видимости, самая высокая в мире. В 2004 г. каждый 71-й ребенок младше 18 лет в России проживал в детских домах и в интернатах, а каждый 78-й – в патронажных семьях и у опекунов. Таким образом, каждый 38-й ребенок жил не со своими родителями. Для сравнения, на Украине доля таких детей в два раза меньше, в Сербии, Киргизстане и Азербайджане – в пять раз (UNICEF 2006: 16). Между тем, алкоголизм – наиболее распространенная причина оставления детей и лишения материнских прав (Шипицина и др. 1997).
Между тем, есть основания полагать, что алкоголизация негативно влияет не только на смертность, но и на уровень рождаемости в обществе (см., например: Коротаев, Комарова, Халтурина 2007). Из-за широкого распространения наркомании и практик сильных алкогольных интоксикаций показатели смертности среди молодежи в России в разы выше, чем во многих постсоциалистических странах, включая беднейшие. Многие девушки и юноши умирают, не успев произвести на свет потомство. Катастрофическая смертность мужчин также является фактором снижения рождаемости. Смертность молодого мужского населения репродуктивного возраста автоматически увеличивает процент неполных семей, в результате чего растет процент одиноких женщин, отказывающихся от заведения второго или даже первого ребенка.
Кроме того, большой разрыв между продолжительностью жизни мужчин и женщин означает, что высокий процент женщин имеет таких брачных партнеров, относительно которых у них нет и не может быть уверенности в том, что они смогут оказать своим женам ту поддержку, которая им неизбежно потребуется в течение значительного времени после рождения ребенка. В подобной ситуации высокий процент женщин не решается на рождение детей.
Исследование факторов рождаемости по данным РМЭЗ показало, что отсутствие супруга является мощнейшим фактором, снижающим вероятность рождения женщиной ребенка. Неожиданным результатом этого исследования стало, в целом, негативное влияние потребления женщиной (а значит, и ее партнером) алкоголя на шансы стать матерью. При исключении из выборки алкоголичек, которых в обществе ничтожное меньшинство (менее 1%), оказывается, что непьющие женщины рожали чаще. «Так, среди совсем не употреблявших алкоголь в течение месяца рождаемость составила 6,1% (с 1995 по 2001 г.), среди пьющих 1−3 раза в месяц 3,1%, среди пьющих 1−3 раза в неделю 2,8%… В то же время… за весь период наблюдений на более чем 200 случаев мужчин, пьющих 4 раза в неделю − всего 2 случая рождения детей)» (Рощина, Бойков 2005).
Алкоголь − одна из важнейших причин высокого уровня преступности в России. Ежегодно сотни тысяч россиян совершают в состоянии алкогольного опьянения преступления, которые не собирались совершать или могли бы не совершить: убийства, случаи умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, изнасилования, хулиганские выходки, грабежи, разбои, кражи, угоны машин и т.д. (Андриенко 2001; МВД 2005: 64).
Многочисленные «пьяные» и в этом смысле случайные преступления наносят огромный урон обществу. Сами же преступники расплачиваются за них не только годами неволи, но и годами своей жизни, поскольку физические и социально-психологические условия содержания в российских исправительных учреждениях не способствуют долголетию.
Таким образом, обусловленные алкоголем социальные проблемы вносят свой вклад в алкогольную смертность.

Крепкие напитки как фактор сверхсмертности
Согласно оценкам экспертов, среднестатистический взрослый россиянин выпивает около 14,5 литров спирта в год (Немцов 2001, 2003а, 2003б) (официальные данные существенно занижены из-за высокой доли нелегальной продукции на рынке), при этом с 1999 г. наблюдался рост потребления. Тем не менее, в ряде стран аналогично высокий уровень потребления алкоголя не сопровождается аномально высокой смертностью. Среди этих стран Португалия, Ирландия, Чехия, Франция, Германия, Австрия (WHO 2007).
Причина в том, что разные виды алкогольной продукции оказывают дифференцированное влияние на смертность, при этом важнейшим фактором риска является крепость наиболее популярного в стране напитка (Халтурина, Коротаев 2006).
Как показывают исследования, одномоментный прием одинаковых доз этанола в виде крепких и слабых напитков, очевидно, оказывает сходное воздействие (Нужный и др. 2003). Однако крепость напитка в значительной степени определяет и культуру его потребления.
Высокое содержание этанола в относительно небольшом объеме крепких напитков приводят к тому, что доза, которая естественным образом выпивается за вечер в компании, зачастую приводит к сильной интоксикации, которая является опасным для организма состоянием.
Граница, отдаляющая относительно безопасное потребление алкоголя от опасной попойки (binge drinking) определяется в различных источниках по-разному. К. Блумфилд с соавторами определяют эту границу как десять и более британских стандартных порций алкогольных напитков (т.е. 79 г. этанола) за одну сессию (Bloomfield et al. 1997). Д. Рэйстрик с соавторами (Raistrick 1999), а также Б. Джефферис, С. Пауэр и О. Мэйнор (Jefferis, Power, Manor 2003) приводят цифры 10 британских стандартных порций для мужчин и 7 для женщин (т.е. 79 и 55,3 г. этанола соответственно). М. Стейхр и его соавторы считают опасным потребление 5 и более американских стандартных порций, т.е. 70 г. (Stahre et al. 2006: 1712).
Так или иначе, потребление выше относительно безопасного уровня (binge drinking) является фактором смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, а также внешних причин, несчастныхслучаев, травматизма, даже если оно происходит не очень часто (Rehm et al. 2003).
Проведем простые расчеты. Опасная доза, т.е. 80 и более мл этилового спирта в пересчете на алкогольные напитки составляет 200 мл водки, 1 литр 8% вина и 2 литра 4% пива. 200 мл водки − весьма скромная доза для российского мужчины. По данным Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ) волны 2004 г., среди
пьющих водку мужчин 20−55 лет лишь 22,7% потребляли менее 200 мл за раз. В то же время литр вина или два литра пива − это более чем достаточно, чтобы провести время в теплой компании.
Таким образом, водочная структура потребления алкоголя автоматически сдвигает подавляющее большинство потребляющих алкоголь россиян в зону риска.
400 г. (а во многих случаях и меньше) этилового спирта, принятые одномоментно, − смертельно опасная доза для среднестатистического человека. Выпить за короткое время смертельную дозу в виде литра водки или самогона − реально, в виде 4 литров вина − крайне сложно, в виде ведра пива − практически невозможно.
Это не значит, что более слабые напитки не приносят вреда и не влияют на смертность. Безусловно, передозировка слабоалкогольными напитками может также привести и к нарушениям деятельности сердечно-сосудистой системы, и к несчастному случаю. Следует особенно подчеркнуть, что слабоалкогольные напитки − пиво и баночные коктейли в последнее время все чаще становятся в России причиной заболеваемости алкоголизмом молодых людей (Нужный, Рожанец 2007). Однако данные убедительно показывают, что человеческие потери от крепких напитков радикально выше.
Следует особо остановиться на вкладе в алкогольную смертность спиртосодержащих жидкостей непищевого назначения (или попросту алкогольных суррогатов). В России широко распространено ошибочное представление о том, что именно алкогольные суррогаты благодаря своим токсичным примесям, вносят основной вклад в алкогольную смертность.
Очень токсичны так называемые ложные суррогаты алкоголя, не содержащие алкоголь, но по своим свойствам или воздействию напоминающие его (метанол, изопропанол, бутанол и т.д.). Однако эти жидкости употребляются исключительно редко, и отравления ими составляют ничтожный процент от общего количества отравлений в России (Харченко и др. 2005а, 2005б). Нормальные суррогаты алкогольной продукции, изготовленные из этилового спирта, включают спиртосодержащие жидкости технического, медицинского и парфюмерного назначения, а также самогон. Многолетние токсикологические исследования закупаемой у населения нелегальной («паленой») водки и суррогатной продукции ясно показывают, что токсичность водочных суррогатов в России, в целом, такая же, как у качественных алкогольных напитков той же крепости из пищевого этилового спирта (Нужный, Савчук 2005; см. статью В. П. Нужного и С. А. Савчука вэтом сборнике).
Хотя, вопрос о вкладе токсичных примесей в смертность от суррогатов требует дальнейших исследований, все же ясно, что главным фактором алкогольной смертности в России является сам этиловый спирт, содержащийся в опасно высоких концентрациях в легальных и нелегальных крепких напитках. Ведь если даже напитки 40-градусной крепости оказывают радикально большее влияние на смертность, чем пиво и вино, то токсичность 70−97- градусных алкогольных суррогатов многократно выше, особенно учитывая тот факт, что вероятность алкогольного отравления растет с увеличением разовой дозы этанола не линейно, а экспоненциально.
Смертность среди потребителей непредназначенных в пищу спиртосодержищих жидкостей экстремально высока. Д. Леон с соавторами в ходе исследования преждевременной смертности мужчин трудоспособного возраста в Ижевске обнаружили, что смертность среди потребителей алкогольных суррогатов экстремально высока, а именно в 6−9 раз выше, чем среди мужчин, не имевших проблем с алкоголем.
Анализ химического состава потребляемых в Ижевске суррогатов также не выявил в них токсических примесей (McKee et al. 2005). Экстремальная смертность потребителей суррогатов связана, прежде всего, с очень высоким содержанием в суррогатах этанола (Исследование избыточной смертности 2006). Кроме того, значительная часть потребителей спиртосодержащих жидкостей непитьевого назначения − тяжелые алкоголики, а смертность среди этой категории всегда исключительно высока. О масштабах проблемы свидетельствует то, что настойка боярышника – один из наиболее популярных видов алкогольных суррогатов регулярно занимает первые места среди наиболее продаваемых лекарственных препаратов в России (РБК 2004, 2007).
Таким образом, алкогольные суррогаты, по сути, представляют собой сверхкрепкие алкогольные напитки, которые, будучи при этом весьма дешевыми и доступными, являются важной (однако не единственной) причиной алкогольной смертности.
Высокая смертность среди потребителей суррогатов лишний раз подтверждает гипотезу о том, что крепкие напитки (т.е. продукты дистилляции) являются значительно более опасными, чем слабоалкогольные напитки (т.е. продукты брожения). Характерно, что большинство стран, где наблюдались феномен сверхсмертности и демографические «кресты», − это страны с преимущественным потреблением крепких напитков: Россия, Белоруссия, Украина и страны Балтии.
В целом, на севере постсоциалистической Европы наблюдается мощнейшая связь между потреблением крепких напитков и продолжительностью жизни населения.

Отметим, что А. В. Подлазов провел анализ связи между потреблением крепких напитков и показателями продолжительности жизни для всех стран Европы и получил также сильнейшую корреляцию.
На примере отдельных стран мы также наблюдаем, что изменение потребления крепких напитков приводит к изменению уровня смертности. Так, процессы, происходящие в наши дни в странах Балтии, подтверждают наличие зависимости между потреблением водки (а также других крепких напитков) и смертностью. Латвия, Литва и Эстония − традиционно водочные страны.
Однако в настоящее время потребление пива в Эстонии и Латвии растет, а потребление водки снижается (EUROMONITOR 2004a, 2004b) вместе с показателями смертности, в то время как в Литве отребление водки (EUROMONITOR 2004c), показатели алкогольных проблем и смертность растут (Lithuanian Department of Statistics 2007), по всей видимости, в связи со снижением водочных акцизов.
Таким образом, мы видим, что не случайно практически все скандинавские страны в свое время ввели целенаправленную и осознанную политику, направленную на отказ населения от потребления крепких алкогольных напитков.5 Недавний пример перехода населения страны с водки на пиво представляет собой Польша (Вишневский, Кваша, Харькова 2005), где этот процесс сопровождался значительным ростом ожидаемой продолжительно сти жизни населения.
Важный коррелят алкогольной смертности − разница между продолжительностью жизни женщин и мужчин. В непьющих мусульманских странах с развитой системой здравоохранения и малопьющем Израиле эта разница составляет 4–5 лет. В странах пивного пояса этот разрыв, в среднем, равняется шести годам. В промышленно развитых странах винного пояса средний разрыв между мужской и женской продолжительностью жизни составляет около 8 лет. Наибольшим этот разрыв в винном поясе является в Венгрии, где крепкие напитки, хоть и в меньшей степени, чем вино, но все же весьма популярны среди населения.
Наконец, наибольший разрыв между продолжительностью жизни женщин и мужчин наблюдается в «водочном» поясе, где среднее значение этого показателя превышает 10 лет. Печальное «лидерство» сохраняется за Россией, где разрыв между средней продолжительностью жизни женщин и мужчин составляет 14 лет. (Халтурина, Коротаев 2006).
Внимательное изучение ареала сверхсмертности в Восточной Европе не оставляет сомнений, что традиция потребления крепких алкогольных напитков (водка, самогон, горилка, палинка, ракия и т.д.) является колоссально мощным негативным фактором демографического развития, сопоставимым по силе с эпидемией СПИДа в Тропической Африке. Именно крепкие алкогольные напитки ответственны за аномально высокую (для соответствующего уровня экономического развития) смертность в России, Украине, Белоруссии и странах Балтии.
Культура потребления крепких напитков сочетается с широкой распространенностью алкоголизма и практикой частых алкогольных интоксикаций, что определяется их свойствами. Алкогольная интоксикация является мощнейшим стрессом для организма и повышает риск умереть от болезней системы кровообращения и последствий неадекватного поведения, таких как самоубийства, убийства, ДТП, падения, травмы, отравления, утопления, переохлаждения, обгорания и т.д. Таким образом, практика сильных алкогольных интоксикаций, прежде всего, крепкими алкогольными напитками является важнейшим источником российской сверхсмертности.
Расчеты показывают, что если бы россияне стали бы выпивать такой же объем этилового спирта, как и в настоящее время, но в виде более слабых напитков, а именно, пива и вина, то смертность в России была бы существенно ниже (Нужный 1997, 2001; Халтурина, Коротаев 2006; Коротаев, Комарова, Халтурина 2007).
Крайне вероятно, что смертность в этом случае не превышала бы рождаемости существенно, что привело бы к исчезновению резкой депопуляции, главного симптома современного демографического кризиса.
Однако оптимальным для России и культурно близких стран является радикальное снижение потребления крепких напитков в сочетании с общим снижением абсолютного количества потребления алкоголя. Все это в сочетании с повышением уровня российского здравоохранения и компетентной и осознанной политикой поддержки семей с детьми могло бы привести к полному решению демографического кризиса в долгосрочной перспективе.
Единственным реалистическим сценарием преодоления алкогольной катастрофы в России и соседних странах является радикальное снижение потребления крепких алкогольных напитков: водки, самогона и водочных суррогатов. В этом случае автоматически произойдет изменение структуры потребления алкоголя в пользу пива и вина. Этот сценарий неоднократно был реализован в странах Северной Европы (Голландия, Великобритания, Норвегия, Швеция, Финляндия и др.) и реализуется сейчас в Польше и, менее успешно, в странах Балтии. Практика показывает, что быстрота снижения потребления крепких напитков, и, как следствие, смертности, зависит от алкогольной политики государства.

• Верхотурский кабак в XVII веке (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 2 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 4. Об алкогольном оздоровлении (0)
• Кабаки на севере в XVII веке (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 2 (0)

Среди специалистов в области алкогольной политики эту идею в последнее время активно пропагандируют Д.А Халтурина и А.В.Коротаев [1, 2, 3]. Суть их взглядов по данному вопросу выражена в следующей цитате: «Если бы россияне и украинцы стали бы выпивать такой же объем этилового спирта, как и в настоящее время, но в виде более слабых напитков, а именно, пива и вина, то смертность в России и Украине была бы существенно ниже. Переход на более слабые алкогольные напитки в сочетании с уменьшением абсолютного количества потребления алкоголя, вероятно, мог бы привести к падению смертности до еще более низкого уровня» [4]. Таким образом, переход на более слабые алкогольные напитки они провозглашают главным фактором снижения алкогольной смертности, а уменьшение абсолютного количества потребляемого алкоголя лишь дополняет, по их мнению, влияние этого фактора.

Такая позиция авторов противоречит позиции Всемирной организации здравоохранения, которая исходит из того, что «во всех странах с уровнем среднедушевого потребления жестко связаны медицинские, социальные и экономические проблемы, вызываемые алкоголем: при увеличении уровней потребления увеличивается и большинство проблем, а когда они падают, уменьшаются и проблемы. Жесткое соотношение между среднедушевым потреблением алкоголя в стране и числом людей, потребляющих алкоголь в больших количествах, говорит о том, что главной политической целью должно быть сокращение уровней потребления алкоголя населением в целом» (Европейский план действий по борьбе с потреблением алкоголя [5]). Недавно эта позиция была подтверждена в официальном документе ВОЗ «Основы политики в отношении алкоголя в Европейском регионе ВОЗ» [6], в котором заявлено, что в отношении потребления алкоголя ВОЗ продолжает придерживаться положения: “чем меньше, тем лучше”.

В официальных документах ВОЗ вопрос о том, целесообразно ли содействовать переходу с крепких напитков на слабые при сохранении общего уровня потребления алкоголя, вообще не обсуждается, так как ВОЗ исходит из того, что вред зависит от количества потребляемого алкоголя, а не от того, в каком виде он потребляется. Наиболее четко эта позиция выражена в книге «Алкогольная политика и общественное благо» [7], которую по заказу ВОЗ подготовили ведущие мировые специалисты в области алкогольной политики. Авторы считают, что: «В большинстве случаев веществом, которое считается причиной алкогольных проблем, является этиловый спирт, вне зависимости от того, содержится он в пиве, вине или крепких спиртных напитках. Существует, тем не менее, ряд примеров, в которых определённые типы напитков связываются с определенными патологиями. Например, с потреблением пива может быть связано возникновение рака толстой кишки. Примеси, такие как метиловый спирт, могут в некоторых случаях привести к серьезным осложнениям или фатальному исходу».

Несмотря на столь однозначную позицию ВОЗ, гипотеза о возможном снижении алкогольной смертности в результате перехода с крепких напитков на слабые заслуживает подробного рассмотрения. Понятно, что такой переход подразумевает сокращение потребления водки (коньяка, самогона и т.д.), и увеличение потребления пива (вина, слабоалкогольных напитков – алкопопсов и т.д.). Но, для простоты обсуждения проблемы ограничимся рассмотрением перехода с водки на пиво.

Гипотетически можно предположить, что относительно меньший вред пива по сравнению с крепкими напитками возможен по трем причинам:
1) Переход на потребление пива приводит к переходу на менее опасные типы потребления алкоголя (pattern of drinking), то есть к потреблению меньшего количества алкоголя в течение одного дня.
2) Переход на потребление пива приводит к снижению общего потребления алкоголя.
3) У потребителей пива (при равном потреблении абсолютного алкоголя) смертность как общая, так и от отдельных заболеваний, ниже, чем у потребителей крепких напитков.

Приводит ли переход на потребление пива к переходу на менее опасные стереотипы потребления алкоголя?

Исследования и практический опыт показывают, что люди, употребляющие одинаковое количество алкоголя в разные периоды времени, имеют разный риск связанных с алкоголем проблем. Например, у того, кто употребляет по 50 грамм водки каждый вечер, риск сердечно-сосудистых заболеваний и травм меньше, чем у тех, кто употребляет 350 грамм водки раз в неделю.

Для обозначения таких больших краткосрочных выпивок в англоязычной литературе употребляют термин «binge drinking», который обычно переводится на русский язык, как «попойка». Четкого определения этого термина нет, обычно под ним понимают выпивку за один день дозы, превышающей некий уровень (в разных работах – 50, 60 или 80 грамм чистого алкоголя).

Подробно тема «попоек» обсуждается в Главе 5 отчета «Алкоголь в Европе» [8]. Там, в частности, показано, что учет количества попоек не означает, что общий объем выпитого населением алкоголя не имеет значения, так как эпизодические попойки не столько объясняют, сколько видоизменяют влияние алкоголя на здоровье.

Как бы то ни было, стоит исходить из того, что для снижения смертности целесообразно поощрять переход от попоек к более равномерным выпивкам при условии сохранения общего уровня потребления алкоголя. Хотя кажется очевидным, что в виде водки употребить 50 грамм алкоголя проще и быстрее, чем в виде пива, на практике это не всегда так. Такое количество алкоголя содержится в 1 литре пива, а литр пива в жаркий день можно выпить почти незаметно. 50 грамм алкоголя соответствует 125 граммам водки, что для хронического алкоголика пустяк, но для человека без алкогольной зависимости психологически гораздо проще согласиться выпить 1 литр пива, чем 125 грамм водки.

Мне приходится периодически давать интервью на тему слабоалкогольных напитков (алкопопсов) и одной из моих заготовок является следующая: «Уважаемые родители, позволите ли Вы своему ребенку выпить стакан (200 г) водки?» Ответ: Нет, ни в коем случае. «А позволите ли вы ему выпить три бутылочки (0,33 л) джин-тоника?» Ответ: Ну, если жарко, пусть пьет, что с того. Мой ответ: «А теперь возьмите калькулятор и убедитесь, что в стакане водки и в литре алкопопса содержится одинаковое количество алкоголя (80 грамм!)».

Чтобы выпить 150 грамм водки надо настроиться на выпивку или иметь алкогольную зависимость, а выпить 2-3 кружки пива можно «между делом» (особенно, с соленой рыбой) даже для человека, который не имеет никакой зависимости от алкоголя.

Такие бытовые наблюдения подтверждаются и научными исследованиями.

В 1999 году в американском «Журнале исследований алкоголизма» [9] была опубликована статья под названием «Потребление пива обусловливает большую часть опасного потребления алкоголя в США». В проведенном исследовании изучалось, что предпочитают те, кто употребляет алкоголь в «опасных дозах» (50 или более грамм алкоголя в течение дня): вино, пиво или крепкие напитки. Оказалось, что непропорционально высокая часть «опасных доз» употребляется именно в виде пива, а американские пьяницы явно предпочитают пиво.

Более того, оказалось, что среди тех, кто был задержан за управление автомобилем в нетрезвом состоянии, и, следовательно, представлял повышенную угрозу для себя и окружающих, поклонники пива явно преобладают [10]. Исследователи объясняют это недооценкой опьяняющих свойств пива по сравнению с другими алкогольными напитками.

Еще в одном американском исследовании [11] сравнивали поведение на дорогах водителей в зависимости от того, предпочитают ли они пиво, вино или крепкие напитки. Оказалось, что те, кто предпочитает пиво, чаще напиваются до большей степени опьянения и с большей вероятностью оказываются за рулем автомобиля в нетрезвом состоянии. Эти результаты не были обусловлены влиянием пола, возраста, образования, семейного положения и дохода.

Можно было бы предположить, что пиво предпочитают только американские пьяницы. Однако недавнее сравнительное исследование [12] в странах Восточной Европы показало, что доля мужчин, потребляющих алкоголь в больших количествах (более 40 грамм чистого алкоголя в день) была самой высокой в Чехии, которая известна в мире самым высоким потреблением пива на душу населения.
Эти работы показывают, что именно потребление пива приводит к наиболее опасным паттернам потребления алкоголя.

Как влияет переход на потребление пива на общий уровень потребления алкоголя?

Исландия была первой страной в Европе, где в 1912 году был введен полный запрет на алкоголь. Позже вино и крепкие спиртные напитки были легализированы, но пиво было запрещено до 1 марта 1989 года. Были изучены результаты отмены этого запрета через первые 12 месяцев [7]. Опросы, проведенные до и после изменения доступности пива, обнаружили, что пиво было добавлено к общему потреблению алкоголя мужчинами, но заменило вино и крепкие спиртные напитки для женщин. При опросе было обнаружено относительно небольшое влияние этого изменения на потребление крепких напитков. Повышение потребления пива было значительным и увеличило общий объём продажи алкоголя на одну четверть в 1989 г. и на одну пятую в 1990 г. по сравнению с общим уровнем продажи алкоголя в 1988 г.

В Финляндии продажа пива средней крепости во всех продовольственных магазинах и кафе началась в 1969 году в результате частичного пересмотра общего алкогольного законодательства, хотя до этого пиво уже было в продаже в течение 20 лет в государственных специализированных магазинах и ресторанах [13]. Зарегистрированное потребление алкоголя повысилось в 1969 году на 46%, и это произошло полностью из-за роста потребления пива средней крепости. Makela [см. 7] сделал вывод, что на следующий год после этих законодательных изменений количество случаев выпивки, когда уровень алкоголя в крови достигает 100 мг%, повысилось на 25%. Кроме того, наблюдалось значительное увеличение количества злоупотребляющих алкоголем так же, как и повышение общего его потребления [14].

В эксперименте, который проводился в Швеции Комитетом по алкоголю, крепкое пиво (более 3,6% алкоголя по весу) начали продавать в гастрономах и в барах в двух округах в 1967 году. Эксперимент был прекращен в 1968 году на шесть месяцев раньше, чем предполагалось первоначально, так как он привел к серьезным негативным последствиям. В округах, где проводился эксперимент, очень резко увеличилось потребление крепкого пива, а потребление пива средней крепости уменьшилось, при этом не наблюдалось никаких изменений в потреблении вина и крепких спиртных напитков. Чистый прирост общего потребления алкоголя, был оценен в 5% [13]. Частота хулиганских проявлений повысилась на 32%. Толчком к более раннему прекращению эксперимента послужили жалобы граждан и сообщения СМИ о чрезмерном и неприемлемом уровне потребления крепкого пива, особенно молодыми людьми [7].

Появление пива средней крепости (3,6% алкоголя) в Швеции дало дополнительные сведения о результатах изменения формы доступности алкоголя. Было обнаружено [7], что общее потребление алкоголя в Швеции в период между 1965 и 1977 гг., было на 15% выше. В этот период пиво средней крепости можно было купить в супермаркетах, а не только в государственных специализированных магазинах. После отмены продажи пива средней крепости в 1977 году количество хулиганских проявлений уменьшилось.

Было также отмечено, что увеличение доли пива в общей структуре потребления алкоголя не только не привело к снижению потребления крепких напитков, но и стало причиной резкого роста насильственных преступлений.

Приводит ли переход с водки на пиво к снижению смертности?

Главным бесспорным преимуществом перехода на пиво представляется снижение уровня смертельных алкогольных отравлений, так как летальную дозу алкоголя (400 грамм для человека весом 70 кг, не имеющего алкогольной зависимости) реально потребить в виде водки (это 1 литр водки) и практически невозможно в виде пива (это 8 литров пива крепостью 5 градусов).

Эти умозаключения подтверждаются исследованиями. Например, в Финляндии рост продажи крепких напитков на 1% приводит к росту фатальных отравлений алкоголем на 0,4% [15]. Соответственно при снижении потребления крепких напитков число смертельных отравлений снижается.

Однако эти преимущества реализуются только при неизменности общего потребления алкоголя. Если же переход на пиво сопровождается провокацией выпивок водки («пиво без водки – деньги на ветер»), то поощрение потребления пива может привести к росту числа выпивок (то есть приему больших количеств крепкого алкоголя) с соответствующим ростом числа алкогольных отравлений.

Однако отравления алкоголем – не единственная причина смертей, связанных с алкоголем. Влияние изменений потребления разных видов алкоголя на уровень убийств в 14 странах Европы изучалось в работе [16]. Статистически значимая взаимосвязь между потреблением пива и уровнем убийств была обнаружена в Западной Германии, Франции, Великобритании и Финляндии, тогда как с потреблением крепких напитков – только в Испании и Швеции. При обобщении данных по группам стран и по всем странам статистически значимая связь с потреблением пива сохранилась, а с потреблением крепких напитков – нет.

Известны данные, показывающие, что потребление крепких напитков оказывает большее влияние на развитие цирроза печени, чем потребление пива [17]. Однако эти выводы критиковались в ряде работ [18], так как отмеченная корреляция могла объясняться иными факторами, то есть не имела причинно-следственного характера.

Отличие уровня смертности любителей разных алкогольных напитков может объясняться существенным отличием у них других факторов образа жизни
В Дании, США, Канаде и в ряде других западных стран проведено множество исследований, в которых сравнивались состояние организма тех, кто предпочитает пиво, и тех, кто предпочитает вино. Эти исследования показали, что у потребителей вина риск сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний существенно ниже, не только по сравнению с потребителями пива, но и по сравнению с трезвенниками.

Однако при более тщательном анализе исследованных групп оказалось, что среди трезвенников преобладали люди старшего возраста, менее образованные, более бедные, питающиеся нездоровой пищей с большим содержанием животных жиров и малым содержанием овощей и фруктов, реже занимающиеся физическими упражнениями. Потребители вина по всем этим показателям существенно отличались в лучшую сторону, а любители пива и крепких напитков занимали промежуточную позицию [19, 20].

Анализ 3,5 миллионов чеков из супермаркетов Дании [21], показал, что те, кто покупает вино, чаще вместе с ним покупают овощи и фрукты, оливки, нежирное мясо и молоко, а те, кто покупают пиво, чаще покупают чипсы, сосиски, сахар, масло, свинину, маргарин, газированные напитки. Таким образом, лучшее состояние здоровья потребителей вина скорее обусловлено не столько свойствами вина как такового, а более здоровой диетой его потребителей.

Никаких научно обоснованных данных о том, что переход с крепких напитков на пиво приводит к снижению смертности, в современной научной литературе найти не удалось.

Пиво и хронические заболевания

Что касается хронических заболеваний, то пиво, по-видимому, более опасно для здоровья, чем крепкие напитки, при равном количестве потребляемого алкоголя. Возможно, это связано с тем, что спирт в пиве не проходит очистки, в отличие от спирта в водке.

Выше уже было отмечено, что потребление пива может быть связано с возникновением рака толстой кишки.

Проведенные в Швеции исследования [22] показали, что из всех видов алкогольных напитков только потребление пива приводит к росту риска рака желудка.

Как показали исследования в Канаде [23], потребление пива ведет к росту вероятности развития рака легкого, при учете фактора курения.

Проведенное в Финляндии исследование [24], в котором приняли участие 4063 мужчин 30-59 лет, показало, что потребление не менее 5 бутылок пива в неделю приводило к увеличению риска смерти от всех причин в 1,5 раза, тогда как потребление крепких напитков не показало достоверной взаимосвязи с риском смерти. Более того, среди участников исследования, при учете факторов курения, холестерина и кровяного давления, потребление крепких напитков снижало риск острого инфаркта миокарда вдвое, тогда как потребление пива никакого влияния на этот риск не оказывало.

Процесс перехода с крепких алкогольных напитков на слабые и связанная с алкоголем смертность

Д.А.Халтурина и А.В.Коротаев [2] утверждают, что «процесс перехода с крепких алкогольных напитков на слабые, как правило, сопровождается снижением связанных с алкоголем проблем и смертности».

В качестве примера они приводят опыт Финляндии, Польши и ряда других стран.

Финляндия
По мнению Д.А.Халтуриной и А.В.Коротаева [2] «Финляндии не удавалось добиться существенного роста продолжительности жизни мужчин вплоть до введения в середине 1970 годов очень высоких цен на водку, которые привели к снижению потребления водки».

В Финляндии наблюдается стойкое повышение ожидаемой продолжительности жизни мужчин с 1970 года. При этом в 1970-1980 годах происходило резкое увеличение потребления, как крепких спиртных напитков, так и пива [25]. Потребление водки на душу населения выросло с 1,8 л в 1970 году до 3,2 в 1977 году и оставалось на уровне примерно 3 литров до 1990 года. Потребление пива с 1970 по 1990 год выросло с 2 до 4 литров. Продолжительность жизни мужчин за этот же период выросла с 66 до 71 года. Этому способствовал всемирно известный проект «Северная Карелия», который сосредоточился на курении и питании [26]. Однако после первых успехов Финляндия также столкнулась с проблемой алкоголя [27]. Таким образом, в Финляндии в 1970-х годах смертность уменьшилась не из-за снижения потребления водки. В начале 1990-х годов в Финляндии снижалось потребление алкоголя, причем, как за счет водки, так и за счет пива.

Польша
Со ссылкой на работу [28] сообщается, что «недавний пример перехода населения страны с водки на слабоалкогольные напитки представляет собой Польша, где этот процесс сопровождался значительным ростом ожидаемой продолжительности жизни населения».

Обратите внимание на слово «сопровождался», которое говорит о том, что какие то процессы происходили параллельно, но ничего не говорит о взаимном влиянии этих процессов друг на друга.

В Польше действительно с 1990 года произошел переход с водки на пиво практически без изменения потребления легального алкоголя в целом. Частично это объясняется ростом незарегистрированного потребления в связи с контрабандой водки из Украины, но примем, что действительно пиво заменило водку. При этом наблюдалось снижение смертности с 1991 по 2004 год: для мужчин – на 31%, для женщин – на 34%. В группе 30-44 года смертность снизилась на 50% для мужчин и на 60% среди женщин [25]. Все это говорит о том, что основными факторами снижения смертности были не алкогольные, так как изменения в потреблении алкоголя в большей степени сказывается на мужской смертности. По мнению польских и британских исследователей [29], главную роль в снижении смертности сыграло изменение рациона питания.

К тому же в Польше был и иной опыт. В 1956-1976 годах соотношение потребления разных видов алкоголя было примерно одинаковым: крепкие напитки 60-70%, вино – 10-16%, пиво – 17-23% [30]. При этом общее потребление алкоголя выросло за эти годы с 5,3 до 9,7 литров на душу населения, что привело к росту смертности от цирроза печени в 1,5 раза, а от отравлений алкоголем – в 2,5 раза. Это еще раз говорит о том, что определяющее значение имеет потребление алкоголя на душу населения, а не соотношение разных напитков в потреблении.

Можно найти и иные страны, где происходит процесс перехода с водки на пиво, а параллельно идет процесс снижения смертности, но такие простые корреляционные связи ничего не говорят о причинности, так как не учитывают влияния многих других факторов.

К тому же легко можно найти страны, где снижение смертности коррелирует со снижением потребления пива (Бельгия, Швейцария…) [25], но было бы крайне наивно утверждать, что люди там стали жить дольше только потому, что меньше пьют пива.

СССР, Россия и Украина
Каков бы ни был опыт иных стран, для нас первостепенное значение имеет наш собственный опыт.

В начале 1960-х годов в СССР на душу населения в год приходилось всего 13 литров пива, но при этом 7,5 литров водки. Для борьбы с водкой было решено стимулировать потребление пива путем искусственного занижения цен на пиво. В 70-80 годы пиво пользовалось большим спросом в связи с тем, что в переводе на 1 г алкоголя это было самое дешевое спиртное: за 1 копейку можно было приобрести 1,2 – 1,4 г “пивного” алкоголя и только около 0,5 г водочного. Продажа пива с 1970 по 1980 год возросла с 4,2 до 6,2 млрд. литров и достигла 24 литров на душу населения. Но продажа водки при этом увеличилась с 2,30 до 2,94 млрд. литров [31]. Темпы роста были разными, но результат один – тотальная алкоголизация населения, которая сделала очевидной необходимость принятия срочных мер.

В Украине рост смертности (в первую очередь алкогольной) в 1998-2005 годах происходил на фоне роста производства пива с 14 до 50 литров на душу населения.

В России в этот же период происходили аналогичные процессы: рост смертности на фоне роста производства пива с 325 до 892 млн.дал. Потребление выросло с 24 до 65 литров. Если принять среднюю крепость пива равной 5%, это означает, что потребление чистого алкоголя в пиве на душу населения в России составляет более 3 литров, что вносит весомый вклад в общее потребление алкоголя.

Роль пива в общем бремени алкогольных проблем в России и в Украине часто недооценивается, так как в этих странах наблюдается мощная связь между потреблением крепких напитков и продолжительностью жизни населения. Однако эта связь неизбежна, так как крепкие напитки доминируют в общем потреблении алкоголя. Во Франции и Италии такая же связь наблюдается между потреблением вина и смертностью. Во Франции снижение смертности, в том числе алкогольной, произошло за счет уменьшения потребления только вина, а потребление крепкого алкоголя при этом оставалось стабильным [25]. В любой стране снижения потребления алкоголя можно добиться, прежде всего, сосредоточившись на преобладающем в стране типе напитков

Выводы
Таким образом, в целом идея замены водки пивом оправдана только с точки зрения сокращения частоты отравлений алкоголем и, возможно, цирроза печени. При этом обязательным условием является то, что, начав с пива, человек не переходит на водку.

Идея перехода с водки на пиво с целью улучшения здоровья населения типична для истории здравоохранения: вначале обращают внимание на острые, очевидные последствия, и только потом на хронические заболевания, которые развиваются под влиянием фактора риска в течение многих лет. Например, с точки зрения предупреждения пищевых отравлений и инфекционных заболеваний «McDonalds» является идеальным предприятием общественного питания, но еда, которую он предлагает, приводит к развитию хронических заболеваний (см. знаменитый фильм «SuperSize Me»). Аналогично недальновидным выглядит подход и в отношении пива, когда, пытаясь бороться с острыми алкогольными последствиями, игнорируют хронические, которые неизбежны при росте потребления пива. Например, в 2006 году в Украине число смертей от алкогольной кардиомиопатии почти сравнялось с числом смертей от алкогольных отравлений.

Фундаментальные документы алкогольной политики, выпущенные в 2006 году «Основы политики в отношении алкоголя в Европейском регионе ВОЗ» [6] и отчет «Алкоголь в Европе», подготовленный по заказу Еврокомиссии [8], учитывающие весь комплекс наносимого алкоголем ущерба, исходят из необходимости снижения потребления алкоголя в целом, а не отдельных его видов.

В России и в Украине тоже следует исходить из необходимости снижения потребления на душу населения алкоголя всех видов. При этом главное усилие, безусловно, должно быть направлено на крепкие напитки, так как именно они в обеих странах наносят наибольший урон общественному здоровью. При этом нет ни научного, ни морального оправдания проведению снижения ущерба от водки за счет роста ущерба от пива.

Константин Красовский

Литература
1. Халтурина Д.А., Коротаев А.В. Русский крест: Факторы, механизмы и пути преодоления демографического кризиса в России. 2006. 128 с.

2. Халтурина Д.А., Коротаев А.В. Алкогольная политика: мировой опыт и российские реалии. Демоскоп Weekly. № 265 – 266. 13 – 26 ноября 2006 года. http://demoscope.ru/weekly/2006/0265/tema01.php.

3. Халтурина Д.А., Коротаев А.В. Алкоголизация и наркотизация как важнейшие факторы демографического кризиса в России. Демоскоп Weekly. № 227 – 228, 19 – 31 декабря 2005 года. http://www.demoscope.ru/weekly/2005/0227/analit03.php

4. Халтурина Д.А. Алкоголь и наркотики как важнейшие факторы демографического кризиса в России и Украине. Бюллетень АНТИ. 10 июня 2006 года http://www.adic.org.ua/sirpatip/periodicals/anti/anti-20.htm

5. Европейский план действий по борьбе с потреблением алкоголя. Европейское региональное бюро ВОЗ, Копенгаген, 1995, 40 стр.

6. Основы политики в отношении алкоголя в Европейском регионе ВОЗ. Европейское региональное бюро ВОЗ, Копенгаген, 2006, 32 стр. http://www.euro.who.int/document/e88335R.pdf .

7. Алкогольная политика и общественное благо. Региональные публикации ВОЗ. Европейская серия №80. Копенгаген, 1998.

8. Report: Alcohol in Europe. The Public Health Portal of the European Union http://ec.europa.eu/health-eu/news_alcoholineurope_en.htm, русский перевод резюме отчета см: Алкоголь в Европе http://www.adic.org.ua/sirpatip/periodicals/anti/anti-22.htm

9. Rogers JD, Greenfield TK. Beer drinking accounts for most of the hazardous alcohol consumption reported in the United States. J Stud Alcohol. 1999 Nov;60(6):732-9.

10. Greenfield TK, Rogers JD. Alcoholic beverage choice, risk perception and self-reported drunk driving: effects of measurement on risk analysis. Addiction. 1999 Nov;94(11):1735-43.

11. Berger DE, Snortum JR. Alcoholic beverage preferences of drinking-driving violators. J Stud Alcohol. 1985 May;46(3):232-9.

12. Popova S, Rehm J, Patra J, Zatonski W. Comparing alcohol consumption in central and eastern Europe to other European countries. Alcohol Alcohol. 2007 Mar 6.

13. Aasland O. (ed). Negative social consequences of Alcohol Use. Oslo, Norwegian Ministry of Health and Social Affairs, 1991, 302 pages.

14. Bruun K, Edwards G. et al. Alcohol control policies in the public health perspective. Helsinki. 1975.

15. Poikolainen K, Leppänen K, Vuori E. Alcohol sales and fatal alcohol poisonings: a time-series analysis. Addiction. 2002 Aug;97(8):1037-40.

16. Rossow I. Alcohol and homicide: a cross-cultural comparison of the relationship in 14 European countries. Addiction. 2001 Feb;96 Suppl 1:S77-92.

17. Kerr WC, Fillmore KM, Marvy P (2000) Beverage-specific alcohol consumption and cirrhosis mortality in a group of English-speaking beer-drinking countries. Addiction, 95:339–346.

18. Rehm J., Room R., Monteiro M., Gmel G., Graham K., Rehn N. et al. Alcohol use. In: Ezzati M., Lopez AD., Rodgers A., and Murray CJL, editors. Comparative quantification of health risks: Global and regional burden of disease due to selected major risk factors. Geneva: WHO; 2004, p.959-1108.

19. McCann SE, Sempos C, Freudenheim JL, Muti P, Russell M, Nochajski TH, Ram M, Hovey K, Trevisan M. Alcoholic beverage preference and characteristics of drinkers and nondrinkers in western New York (United States). Nutr Metab Cardiovasc Dis. 2003 Feb;13(1):2-11.

20. Barefoot JC, Grønbaek M, Feaganes JR, McPherson RS, Williams RB, Siegler IC. Alcoholic beverage preference, diet, and health habits in the UNC Alumni Heart Study. Am J Clin Nutr. 2002 Aug;76(2):466-72.

21. Johansen D, Friis K, Skovenborg E, Grønbaek M. Food buying habits of people who buy wine or beer: cross sectional study. BMJ. 2006 Mar 4;332(7540):519-22. Epub 2006 Jan 20.

22. Larsson SC, Giovannucci E, Wolk A. Alcoholic beverage consumption and gastric cancer risk: a prospective population-based study in women. Int J Cancer. 2007 Jan 15;120(2):373-7.

23. Benedetti A, Parent ME, Siemiatycki J. Consumption of alcoholic beverages and risk of lung cancer: results from two case-control studies in Montreal, Canada. Cancer Causes Control. 2006 May;17(4):469-80.

24. Salonen JT, Puska P, Nissinen A. Intake of spirits and beer and risk of myocardial infarction and death–a longitudinal study in Eastern Finland. J Chronic Dis. 1983;36(7):533-43.

25. Европейская база данных «Здоровье для всех». Европейское региональное бюро ВОЗ. http://www.euro.who.int/hfadb?language=Russian

26. North Karelia Project. http://www.ktl.fi/portal/english/research__people
___programs/health_promotion_and_chronic_
disease_prevention/projects/cindi/north__karelia_project/

27. Excessive drinking keeps mortality rates high in North Karelia. Helsingin Sanomat. 2 Februuary 2006. http://www.hs.fi/english/article/Excessive+drinking+keeps+mortality+
rates+high+in+North+Karelia/1135218602731

28. Вишневский А. Г., Кваша Е. А., Харькова Т.Л. Приоритеты и политика в области снижения смертности в России. Доклад на семинаре “Демографический кризис в России: стратегия и тактика его преодоления”, 9 ноября 2005 г.

29. Zatonski WA, McMichael AJ, Powles JW. Ecological study of reasons for sharp decline in mortality from ischaemic heart disease in Poland since 1991. BMJ. 1998 April 4; 316(7137): 1047–1051. http://www.pubmedcentral.nih.gov/articlerender.fcgi?tool=pubmed&pubmedid=9552904

30. Smith R. Polish lessons on alcohol policy. British Medical Journal, Volume 284, 1982, pp.98-101.

31. Андреева Т.И., Красовский К.С. Все, что вам не нужно знать о пиве, если вы собираетесь его пить. Казань, 2002, 48 стр. http://adic.org.ua/sober-cool/thematic/beer/index.html

• Никон и кабак (0)
• Алкоголизм в 1920-х годах (0)
• Российский демографический кризис (2)
• Антиалкогольное движение 1920-х годов (0)
• Народ и “царев кабак” (0)

Алкоголь в Европе

В рамках создания системы информации и знаний о здоровье в соответствии с Программой охраны здоровья в Европейском Союзе была подготовлена серия отчетов о различных проблемах, касающихся охраны здоровья. В ходе подготовки этой серии Европейская Комиссия объявила конкурс для подготовки отчета о потреблении алкоголя в Европе, который был выигран Институтом алкогольных исследований в Лондоне.

Отчет «Алкоголь в Европе: с точки зрения общественного здоровья» написали д-р Peter Anderson и Ben Baumberg. С оригиналом отчета и его полным текстом на английском языке можно ознакомиться по адресу http://ec.europa.eu/health-eu/news_alcoholineurope_en.htm

Резюме
Введение
В то время как Европейская Комиссия разрабатывала собственную стратегию в области алкоголя, охватывающую все аспекты деятельности, происходящей на европейском уровне, ей потребовался анализ воздействия алкоголя на здоровье, общество и экономику в Европе. Настоящий доклад является экспертным синтезом опубликованных обзоров, систематических обзоров, мета-анализов и отдельных статей, а также анализа данных, предоставленных Европейской Комиссией и Всемирной организацией здравоохранения. В докладе алкогольная политика рассматривается как “служащая удовлетворению интересов общественного здоровья и социального благосостояния путем своего воздействия на социальные детерминанты здоровья”. Это соответствует подходу общественного здравоохранения, то есть процессу “мобилизации местных, государственных, национальных и международных ресурсов с целью обеспечения условий, в которых люди могут быть здоровы”. Стандартизированная терминология, которая используется в докладе, основана на терминологии, принятой во Всемирной организации здравоохранения, специализированном агентстве Организации Объединенных Наций по вопросам здоровья.

Алкоголь и Европа
Алкоголь производится и потребляется в Европе в течение тысяч лет, и обычно вырабатывается из тех материалов, которые доступны на месте. Алкогольные напитки также часто использовались в качестве лекарства, и подобная практика продолжалась до начала двадцатого столетия и появления современной медицины. Законы в отношении алкоголя существовали, но обычно их принимали из соображений общественного порядка или регулирования рынка, а не ради защиты здоровья.

Однако эта картина изменилась в связи с рядом событий в средневековой и ранней современной Европе, таких как индустриализация, улучшение средств связи и открытие более крепких, дистиллированных напитков. В большей части Европы в девятнадцатом и в начале двадцатого столетия широко распространились трезвеннические движения, которые стали сперва выражением беспокойства по поводу крепких алкогольных напитков, а далее перешли к оппозиции всем алкогольным напиткам.

К концу двадцатого столетия в большинстве стран, но не во всех, трезвенническое движение постепенно ослабло, и сейчас оно не имеет большого веса.

Представления об потреблении алкоголя как о болезни – «алкоголизме» – также сформировались в течение девятнадцатого века, и во многих европейских странах были созданы дома или приюты для лечения «алкоголиков». В последние годы, по мере того как «движение нового здравоохранения» стало доминирующей парадигмой для обсуждения связанных с алкоголем проблем, появилась возможность для ведения более широкого обсуждения, не ограничивающегося темой «алкоголиков». В сегодняшней Европе наблюдается разнообразие как способов потребления алкоголя, так и того, какое этому придается значение, начиная от компонента семейного обеда и заканчивая атрибутом ритуалов. Употребление алкоголя часто делается элементом времяпрепровождения для придачи событию оттенка формальности или разграничения работы и досуга. Опьянение также служит определенным символом, а «пьяное поведение» – то, как люди ведут себя под влиянием алкоголя – весьма различно в разных частях Европы.

Алкоголь и экономика Европы
Европа играет центральную роль во всемирном рынке алкоголя, выступая в качестве источника четверти мирового количества алкоголя и более половины производимого в мире вина. Торговля алкоголем в еще большей мере сосредоточена в Европе: доля Европейского Союза в объеме экспорта алкоголя, производимого всеми государствами мира, составляет 70%, а импортирует ЕС немногим менее половины всей алкогольной продукции. Хотя большая часть этого оборота происходит между странами ЕС, торговля алкоголем приносит около 9 миллиардов евро в баланс торговли товарами для ЕС в целом.

Трудно представить стоимость контрабанды алкоголя в ЕС, хотя, согласно оценкам Европейской группы высокого уровня по вопросам мошенничества, в 1996 году из-за мошенничества с алкоголем был потеряно 1,5 миллиарда евро. Ценовые различия играют большую роль в уровне законной приграничной торговли, когда граждане законно ввозят алкоголь с собой из стран, где алкоголь стоит дешевле. По крайней мере, каждый шестой турист возвращается из поездок за границу с алкогольными напитками, провозя в ряде стран в среднем более 2 литров чистого алкоголя на человека.

Экономическая роль индустрии алкогольных напитков значительна во многих европейских странах. Акцизный сбор с алкоголя в 15 «старых» странах Евросоюза – ЕС15 (Австрия, Бельгия, Дания, Франция, Финляндия, Германия, Греция, Ирландия, Италия, Люксембург, Нидерланды, Португалия, Испания, Швеция, и Великобритания) составлял 25 миллиардов евро в 2001 году, исключая налоги на продажу и другие налоги, заплаченные на разных этапах торговой цепи. При этом 1,5 миллиарда евро возвращаются в торговую цепь согласно Сельскохозяйственной политике Общего рынка. В связи с относительной неэластичностью спроса на алкоголь средние налоговые ставки намного лучше отражают налоговые доходы правительства, чем уровень потребления алкоголя в стране.

Алкоголь также связан с множеством рабочих мест, включая более 750 тысяч человек, занятых на производстве напитков (главным образом вина). Кроме того, с алкоголем связана и занятость в других звеньях цепи распространения, например, в барах или в магазинах. Однако величина индустрии не обязательно является позитивным показателем экономического воздействия алкогольной политики – например, не замечено жесткой корреляции между тенденциями потребления алкоголя и тенденциями количества рабочих мест в связанных с алкоголем сферах, таких как гостиницы, рестораны и бары. Это позволяет предположить, что влияние изменений в уровне потребления алкоголя на занятость может быть довольно слабым. Сокращение расходов на алкоголь, как ожидается, сохранит средства потребителя, которые будут потрачены на другие товары, и экономическое воздействие будет зависеть от характера новых расходов. И хотя для более точного прогноза требуется провести дальнейшие исследования, имеющиеся данные в сфере алкоголя и других секторов показывают, что снижение потребления не обязательно приводит к потере рабочих мест в экономике в целом.

Согласно результатам обзора существующих исследований, обусловленные алкоголем общие материальные затраты для общества ЕС в 2003 году можно оценить на уровне 125 миллиардов евро (79-220 миллиардов), что эквивалентно 1,3% валового внутреннего продукта, и примерно равно затратам, подсчитанным недавно для табака. Нематериальные затраты отражают то, какое значение люди придают боли, страданиям и жизненным лишениям, вызванным криминальными, социальными и медицинскими аспектами последствий употребления алкоголя. В 2003 году эти затраты, согласно оценкам, составили 270 миллиардов евро, при этом другие методы подсчета того же самого вреда дают оценки от 150 до 760 миллиардов евро. Эти оценки рассматривают множество различных сфер жизни людей, на которые оказывает воздействие алкоголь, но существует все еще ряд областей, для которых никаких оценок сделано не было, поскольку для этого невозможно было получить данные. Кроме того, хотя сделанные оценки принимают во внимание выгоды от алкоголя с точки зрения системы здравоохранения и потери человеческих жизней (оцененные косвенно), не было проведено исследований, которое позволили бы оценить прочие социальные преимущества.

Потребление алкоголя в Европе
ЕС является самым пьющим регионом мира, хотя нынешний показатель в 11 литров чистого алкоголя, выпиваемого ежегодно в среднем на одного взрослого, все же представляет собой существенное снижение по сравнению с недавним пиком на уровне 15 литров в середине 1970-х годов. За прошлые 40 лет также произошла гармонизация в уровнях потребления в странах ЕС15, а именно рост в странах центральной и северной Европы между 1960 и 1980 годами, сопровождаемый снижением в южной Европе. Среднее потребление в 10 новых странах Европейского Союза – ЕС10 (Кипр, Чешская республика, Эстония, Венгрия, Латвия, Литва, Мальта, Польша, Словакия и Словения) также ближе к EС15, чем когда-либо прежде, хотя существенные вариации наблюдаются и в пределах EС10. Большинство европейцев употребляет алкоголь, но 55 миллионов взрослых людей в странах ЕС (15%) ведут трезвый образ жизни. Принимая во внимание это, а также незарегистрированное потребление, среднее потребление алкоголя на одного пьющего достигает 15 литров в год.

Немногим менее половины этого алкоголя потребляется в виде пива (44%), а оставшаяся часть распределяется между вином (34%) и крепкими алкогольными напитками (23%). В пределах EС15 северные и центральные страны пьют, главным образом, пиво, в то же время в странах Южной Европы пьют, главным образом, вино (хотя Испанию можно считать исключением). Относительно новым явлением является гармонизация, происходившая в течение прошедших 40 лет в странах EС15. Приблизительно 40% случаев выпивок в большинстве стран EС15 – это потребление алкоголя с пищей днем или вечером, хотя в Южной Европе с намного большей вероятностью, чем в других местах, люди выпивают за завтраком. Хотя уровень ежедневных выпивок также обнаруживает градиент между севером и югом, не ежедневное, но частое потребление (то есть выпивки нескольких раз в неделю, но не каждый день), кажется, является более обычным в центральной Европе, и имеются данные о том, что в пределах EС15 в последнее время и в этом вопросе происходит сближение.

Выпивки до состояния опьянения в разной степени встречаются в странах Европы, при этом меньшая доля жителей Южной Европы, чем других стран, сообщают о том, что напиваются каждый месяц. Эта картина меняется, когда изучается такой показатель как «попойки» (binge-drinking), показатель, описывающий случаи выпивки свыше определенного количества алкоголя «за один раз», и это дает основания предположить, что есть систематические различия в том, насколько люди готовы сообщать о состоянии опьянения, или в том, какова длительность «одного раза». Исследования «попоек» также находят отдельные исключения в общей закономерности север-юг, в особенности демонстрируя, что в Швеции наблюдается один из самых низких уровней «попоек» в EС15. Суммируя данные для стран EС15, можно сказать, что взрослые там сообщают, что напиваются до опьянения в среднем 5 раз в год, однако «попойки» (более 5 доз алкоголя за один раз, 1 доза примерно равна 10 граммам чистого алкоголя) происходят 17 раз в год. Это эквивалентно тому, что 40 миллионов граждан стран ЕС15 «пьют слишком много» ежемесячно, а 100 миллионов (каждый третий) устраивают «попойки», по крайней мере, раз в месяц.

Намного меньше данных имеется для стран ЕС10, но существующие дают основания предположить, что там часть потребления вина заменена крепкими алкогольными напитками, частота выпивок ниже, а частота «попоек» – выше, чем в странах ЕС15.

В то время как 266 миллионов взрослых пьют алкоголь в дозах до 20г (женщины) или 40г (мужчины) в день, более 58 миллионов взрослых (15%) потребляют алкоголь в дозах выше этого уровня, а 20 миллионов из них (6%), выпивают более 40г (женщины) или 60г в день (мужчины). Если взглянуть на показатели зависимости вместо показателей уровней выпивок, то можно прийти к выводу, что 23 миллиона европейцев (5% мужчин, 1% женщин) проявляют признаки зависимости от алкоголя.

В каждой когда-либо изучавшейся культуре мужчины имеют большую вероятность, чем женщины, пить вообще, и выпивают больше, когда пьют, и это различие между мужчинами и женщинами проявляется тем больше, чем более опасным является поведение. Хотя многие женщины прекращают пить алкоголь с наступлением беременности, существенная их доля (25-50%) продолжает пить, а некоторые продолжают выпивать во вредных количествах. Различные виды питейного поведения наблюдаются также и для людей с разным социально-экономическим статусом (СЭС), причем люди с низким СЭС с меньшей вероятностью будут пить алкоголь вообще. Несмотря на сложную картину для некоторых аспектов потребления алкоголя (причем некоторые виды поведения имеют противоположные тенденции для мужчин и женщин), такие явления, как выпивки допьяна и развитие зависимости от алкоголя, с большей вероятностью наблюдаются у пьющих людей с более низким СЭС.

Почти все 15-16-летние учащиеся (>90%) имеют опыт потребления алкоголя в какой-то момент их жизни – в среднем первое их употребление относится к возрасту 12 с половиной лет, а впервые напиваются они в 14 лет. Средняя доза, выпиваемая за один случай, среди 15-16 летних составляет более 60г алкоголя, при этом на юге Европы она составляет около 40г. Более чем каждый восьмой (13%) из 15-16 летних людей был пьян более, чем 20 раз в их жизни, и больше чем каждый шестой (18%) «устраивал попойку» (более 5 доз алкоголя за один случай выпивки) три или более раз в прошлом месяце. Хотя в 2003 году впервые в двух странах наблюдается больший уровень пьянства по некоторым показателям среди девушек, чем среди юношей, юноши продолжают пить больше и напиваться чаще, чем девушки, с небольшим сокращением абсолютного различия между ними. В большинстве стран наблюдается увеличение частоты «попоек» для юношей между 1995/1999 годами и 2003 годом, и почти во всех странах наблюдается такая же картина для девушек (подобные результаты обнаружены и для стран, не участвовавших в опросе ESPAD, на основе других данных). За этой общей тенденцией мы можем видеть рост «попоек» и случаев опьянения в большинстве стран ЕС в 1995-1999 годах, но с тех пор (1999-2003 годы) тенденции стали намного более неоднозначными.

Воздействие алкоголя на отдельных людей
Хотя потребление алкоголя связано с целым рядом удовольствий, алкоголь увеличивает риск широкого диапазона негативных социальных последствий, причем, как правило, риск повышается по мере увеличения количества выпитого алкоголя, то есть чем выше потребление алкоголя, тем больше риск. Вред, наносимый выпивками других людей, простирается от социальных неприятностей, таких как вероятность быть разбуженным ночью, до более серьезных последствий, таких как угроза распада семьи, жестокое обращение с детьми, преступления, насилие и убийства. В целом, чем выше уровень потребления алкоголя, тем более серьезные совершаются преступления или тем больший наносится ущерб. Объем потребления алкоголя, частота выпивок, частота и объем эпизодических попоек, все эти показатели независимо друг от друга увеличивают риск насилия, причем часто, но не всегда, эпизодические попойки служат промежуточным показателем взаимосвязи объема потребления с наносимым ущербом.

Кроме того, что он является веществом, вызывающим наркотическую зависимость, алкоголь служит причиной приблизительно 60 различных видов заболеваний и болезненных состояний, включая травмы, психические и поведенческие расстройства, желудочно-кишечные заболевания, злокачественные новообразования, сердечно-сосудистые заболевания, иммунологические расстройства, болезни легкого, болезни опорно-двигательной системы, нарушения репродукции, а также вред для еще не родившегося ребенка, включая повышенный риск преждевременных родов и низкий вес новорожденного. Для большинства заболеваний риск растет по мере увеличения количества выпитого, и чем выше потребление алкоголя, тем больше риск. Для некоторых заболеваний, таких как кардиомиопатия, острый синдром респираторного дистресса, повреждение мышц, ущерб, по-видимому, проявляется только после длительного периода потребления больших количеств алкоголя, но даже на этом высоком уровне, риск и тяжесть этих заболеваний увеличиваются по мере роста количества выпитого. Частота и объем эпизодических попоек имеют особое значение для повышения риска травм и некоторых сердечно-сосудистых заболеваний (коронарной болезни сердца и инсульта).

Потребление алкоголя в малых дозах уменьшает риск коронарной болезни сердца, хотя точный размер снижения риска и уровня потребления алкоголя, при котором происходит самое большое снижение, все еще обсуждаются. Более тщательные исследования, учитывающие иные факторы, обнаруживают меньшие величины снижения риска, чем менее тщательные исследования, и находят, что снижение риска происходит на более низком уровне потребления алкоголя. Наибольшее снижение риска может быть достигнуто при потреблении в среднем 10г алкоголя (одна доза) через день. При превышении уровня 20г алкоголя (две дозы) в день риск коронарной болезни сердца увеличивается. В пожилом возрасте снижение риска происходит в меньшей степени. При этом риск болезни сердца снижает именно алкоголь, а не какой-либо вид алкогольных напитков. Имеются данные о том, что алкоголь в малых дозах может уменьшать риск деменции сосудистого происхождения, желчекаменной болезни и сахарного диабета, хотя к этим выводам приходят не все авторы соответствующих исследований.

Риск смерти от алкоголя представляет собой баланс между риском заболеваний и травм, который алкоголь увеличивает, и риском болезни сердца (наступающей главным образом в старшем возрасте), который, алкоголь, при приеме в малых дозах, снижает. Этот баланс показывает, что, по крайней мере, в Великобритании, уровень потребления алкоголя с самым низким риском смерти составляет ноль или около ноля для женщин моложе 65 лет, и менее 5г алкоголя в день для женщин в возрасте 65 лет или старше. Для мужчин уровень потребления алкоголя с самым низким риском смерти равен нолю в возрасте до 35 лет, около 5г в день в среднем возрасте, и менее 10г в день в возрасте 65 лет или старше (и, вероятно, возвращается к нолю в очень пожилом возрасте).

Здоровье много пьющего человека улучшается при сокращении или прекращении потребления алкоголя. Даже для хронических болезней, таких как цирроз печени и депрессия, сокращение или прекращение потребления алкоголя приводит к быстрому улучшению здоровья.

Воздействие алкоголя на Европу
Алкоголь налагает существенное бремя на целый ряд аспектов человеческой жизни в Европе, которое может быть широко описано как «вред для здоровья» и «социальный ущерб». Семь миллионов взрослых сообщают о том, что участвовали в драках в нетрезвом состоянии в течение предыдущего года, и (на основе обзора небольшого количества национальных исследований вызванных этим затрат) издержки обусловленных алкоголем преступлений, согласно оценкам, составили в ЕС 33 миллиарда евро в 2003 году. Эта стоимость состоит из затрат на полицию, суды и тюрьмы (15 миллиардов евро), расходов на профилактику преступности и администрацию страхования (12 миллиардов евро) и ущерба имуществу (6 миллиардов евро). Повреждение имущества из-за вождения в нетрезвом состоянии было также оценено в 10 миллиардов евро, в то время как косвенная стоимость физических и психологических последствий преступлений была оценена в сумму от 9 до 37 миллиардов евро.

Ежегодно приблизительно 23 миллиона европейцев могут считаться зависимыми от алкоголя, а боль и страдания, которые в результате испытывают их семьи, оцениваются суммой 68 миллиардов евро. Провести оценки масштаба ущерба на рабочем месте еще труднее, хотя почти 5% пьющих мужчин и 2% пьющих женщин в странах EС15 сообщают об отрицательном воздействии алкоголя на их работу или учебу. На основе обзора национальных исследований вызванных этим затрат, потери производительности труда из-за обусловленных алкоголем пропусков работы и безработицы были оценены соответственно суммами в 9-19 миллиардов евро и 6-23 миллиардов евро.

Если рассматривать проблему с точки зрения здоровья, то алкоголь ежегодно вызывает приблизительно 195 тысяч смертей в ЕС, хотя при этом, согласно оценкам, задерживает 160 тысяч смертей среди пожилых людей, главным образом благодаря его защитному действию на сердце для женщин, которые умирают после достижения возраста 70 лет (хотя из-за методологических проблем, эти оценки, вероятно, переоценивают число отсроченных смертей). Более точная оценка, вероятно, составит 115 000 вызванных алкоголем смертей среди людей в возрасте до 70 лет, и эта оценка позволяет избежать большинства проблем, вызванных вероятной переоценкой профилактического эффекта алкоголя. Эти оценки также сделаны в сравнении с ситуацией полного отсутствия потребления алкоголя, и результирующее воздействие было бы намного больше, если принять уровень потребления алкоголя, связанный с наименьшим риском. Измерение воздействия алкоголя по показателю лет жизни с учетом инвалидности (DALYs) позволяет снизить влияние этой проблемы, и показывает, что алкоголь обусловливает 12% преждевременных смертей и инвалидности среди мужчин и 2% – среди женщин, с учетом преимуществ для здоровья. Это делает алкоголь третьим по величине из 26 факторов риска для здоровья в ЕС, опережая избыточный вес и оставляя впереди себя лишь табак и высокое кровяное давление.

Это воздействие на здоровье проявляется в широком диапазоне причин смерти и других нарушений, включая 17 000 смертей в год из-за дорожно-транспортных происшествий (каждая третья смерть на дорогах), 27 000 смертей из-за несчастных случаев, 2 000 убийств (4 из 10 всех убийств), 10 000 самоубийств (каждое шестое самоубийство), 45 000 смертей от цирроза печени, 50 000 смертей от рака, из которых 11 000 приходятся на рак груди среди женщин, 17 000 смертей из-за психоневрологических расстройств, а также 200 000 эпизодов депрессии (которые также составляют 2,5 миллионов DALYs). Стоимость лечения из-за ухудшения здоровья, согласно оценкам, составляет 17 миллиардов евро, включая 5 миллиардов евро, потраченных на лечение и предотвращение вредного потребления алкоголя и алкогольной зависимости. Утрата жизни может быть оценена либо как потеря производительного потенциала (36 миллиардов евро, исключая преимущества для здоровья), либо в показателях косвенной ценности самой жизни непосредственно (от 145 до 712 миллиардов евро после учета преимуществ для здоровья).

На молодых людей припадает непропорциональная часть этого бремени: более 10% смертей молодых женщин и приблизительно 25% смертей молодых мужчин происходят из-за алкоголя. Имеется мало информации о степени социального ущерба для молодых людей, хотя 6% 15-16-летних студентов в ЕС сообщают о драках, а 4% о небезопасном сексе из-за их собственных выпивок.

При сравнении между странами, алкоголь играет значительную роль в пониженной продолжительности жизни в странах EС10 по сравнению со странами EС15, причем относимые на счет влияния алкоголя различия в показателях смертности, оцениваются на уровне 90 (для мужчин) и 60 (для женщин) на 100 000 населения.

Внутри стран многие из заболеваний, лежащих в основе неравенства в плане здоровья, связаны с алкоголем, хотя конкретные виды заболеваний могут быть разными (например, цирроз печени во Франции, насильственные смерти в Финляндии). Худшее состояние здоровья в бедных регионах также, видимо, связано с алкоголем. Исследования показывают, что напрямую связанная с алкоголем смертность в большей степени превышает таковую в иных регионах, чем можно было бы объяснить неравенством на индивидуальном уровне.

От многих видов вызываемого алкоголем ущерба страдают другие люди, помимо самого пьющего. К ним относятся 60 000 весящих ниже нормы новорожденных, а также 16% случаев жестокого обращения с детьми, и 5-9 миллионов детей в семьях, на которые пагубно влияет алкоголь. Алкоголь также оказывает воздействие на других взрослых, среди них приблизительно 10 тысяч погибших в дорожно-транспортных происшествиях, не считая самих нетрезвых водителей, кроме того, на других людях отражается существенная часть вызванных алкоголем преступлений. Часть экономических издержек также оплачивается третьими лицами или учреждениями, включая значительную долю из оцениваемых в 33 миллиарда евро затрат из-за преступлений, 17 миллиардов евро для систем здравоохранения, и 9-19 миллиардов евро из-за отсутствия на работе.

Как естественные эксперименты, так и анализ временных рядов показывают, что бремя алкоголя для здоровья связано с изменениями в потреблении. Эти изменения в большей мере касаются поведения наиболее пьющих людей, чем тех, кто пьет мало (учитывая, что, например, на 10% наиболее пьющих людей приходится от одной трети до половины общего потребления алкоголя в большинстве стран), но также охватывают и более широкую тенденцию для населения в целом, выражающуюся в массовом изменении уровней потребления. Если говорить о населении в целом, воздействие изменения потребления алкоголя на 1 литр на душу населения на величину ущерба более выражено в потребляющих мало алкоголя странах EС15 (северная Европа), но также является существенным для цирроза печени, убийств (только среди мужчин), несчастных случаев и общей смертности (только среди мужчин) в Южной Европе. Хотя существует мнение, что более крупные изменения в северной Европе отражают «взрывной» характер потребления там алкоголя, это может также отражать, что один литр составляет большую долю потребляемого алкоголя в мало пьющих северных европейских странах. В целом, согласно оценкам, уменьшение среднедушевого потребления алкоголя на 1 литр уменьшит общую смертность среди мужчин на 1% в южной и центральной Европе, и на 3% в северной Европе.

Оценка вариантов алкогольной политики
Меры в отношении вождения в нетрезвом состоянии, признанные очень эффективными, включают тестирование дыхания на наличие алкоголя среди всех водителей, отбираемых случайным образом, снижение предельно допустимых уровней содержания алкоголя в крови (САК), лишение водительских прав, а также более низкие допустимые уровни САК для молодых водителей. Имеющиеся данные не подтверждают эффективности так называемых программ «выделяемого водителя» и «безопасного вождения». Автомобильные замки, реагирующие на наличие алкоголя, могут быть эффективны как профилактическая мера, но как мера борьбы с нарушителями, управляющими автомобилем в нетрезвом состоянии, она сможет сработать, только в случае, если эти замки установлены на транспортном средстве. Всемирная организация здравоохранения построила модель воздействия и стоимости всеобщих тестов дыхания, в сравнении с отсутствием таких тестов. Применение этой модели к Европейскому Союзу показывает, что эта мера могла бы помочь избежать приблизительно 111 тысяч лет инвалидности и преждевременных смертей, а также ежегодно экономить 233 миллиона евро.

Эффективность мер, направленных на поддержку просвещения, информации, обучения и общественного осознания является низкой. Хотя охват просветительных школьных программ может быть высоким из-за того, что их участники поневоле находятся в школах, воздействие этих программ на население очень невелико из-за их ограниченной длительности или недостаточной эффективности. Существуют рекомендации о том, как можно повысить эффективность школьных программ. С другой стороны, программы в средствах массовой информации играют особую роль в повышении осознания обществом проблем, вызываемых потреблением алкоголя, и подготавливают почву для конкретных действий.

Имеются убедительные доказательства эффективности в сокращении наносимого алкоголем ущерба тех политических мер, которые регулируют рынок алкоголя. Налоги на алкоголь особенно важны в отношении молодых людей и ущерба, наносимого алкоголем во всех странах. Если бы налоги на алкоголь были использованы для того, чтобы поднять цену алкоголя в странах ЕС15 на 10%, более 9000 смертей было бы предотвращено в течение последующего года, и при этом, согласно оценкам, было бы получено приблизительно 13 миллиардов евро дополнительных доходов от акцизов. Научные данные показывают, что если часы работы магазинов, продающих алкоголь, расширяются, то наблюдается рост насилия. Всемирная организация здравоохранения смоделировала ситуацию, когда доступность алкоголя в розничной сети сокращается до 24 часов в неделю. Применение этой модели к Европейскому Союзу показывает, что в результате можно было бы в год избежать приблизительно 123 тысяч лет инвалидности и преждевременной смерти при оцененной стоимости соблюдения этих мер в 98 миллионов евро.

Ограничение объема и содержания коммерческих сообщений об алкогольных изделиях также с большой долей вероятности снижает наносимый ими вред. Рекламные объявления особо действенно поощряют благосклонное отношение к выпивкам среди молодых людей. В отношении саморегулирования коммерческих сообщений индустрией алкогольных напитков доказательства эффективности отсутствуют. Всемирная организация здравоохранения смоделировала воздействие запрета рекламы. Применение этой модели к ЕС показывает, что благодаря этому можно было бы каждый год избегать приблизительно 202 тысяч лет инвалидности и преждевременной смерти при оцененной стоимости соблюдения этих мер в 95 миллионов евро.

Накапливаются доказательства действенности в сокращении наносимого алкоголем вреда тех стратегий, которые изменяют условия выпивок. Однако, эти стратегии прежде всего применимы к выпивкам в барах и ресторанах, а их эффективность зависит от их адекватного осуществления. Например, принятие законодательства о минимальном возрасте для законного приобретения алкоголя будет оказывать незначительное воздействие, если оно не подкреплено реальной угрозой лишения лицензии магазинов, которые неоднократно продают алкоголь людям, не достигшим этого возраста. Подобные стратегии также более эффективны, когда они подкреплены местными профилактическими программами.

Имеются обширные доказательства эффективности краткого совета врача в сокращении вредного потребления алкоголя, особенно в учреждениях первичной медицинской помощи. Всемирная организация здравоохранения смоделировала воздействие и стоимость предоставления краткого совета в системе первичной медицинской помощи для 25% населения, которое подвергается риску. Применение этой модели к ЕС показывает, что в результате можно было бы каждый год избегать приблизительно 408 тысяч лет инвалидности и преждевременной смертности при оцененной стоимости соблюдения этих мер в 740 миллионов евро.

Если использовать модели, предложенные Всемирной организацией здравоохранения, и сравнивать их с отсутствием каких-либо политических мер вообще, осуществление охватывающего весь Европейский Союз широкого пакета эффективных политических мер и программ, которые включают тесты дыхания, проводимые у отобранных случайным образом водителей, налогообложение, ограничение доступности алкоголя, запрет рекламы и краткий совет врача, согласно оценкам, обойдется европейским правительствам в 1,3 миллиарда евро. Это составляет приблизительно 1% общих материальных потерь, наносимых алкоголем обществу, и только приблизительно 10% дохода, который, согласно оценкам, будет получен при 10%-м повышении цены алкоголя из-за роста налогов в странах ЕС15. По оценкам, такой пакет может помочь избежать 1,4 миллионов лет инвалидности и преждевременной смертности в год, что составляет приблизительно 2% всех случаев нетрудоспособности и преждевременной смертности, которые происходят в Европейском Союзе.

Европейская и всемирная алкогольная политика
Наиболее заметными международными правовыми обязательствами, которые затрагивают алкогольную политику, являются Общее соглашение по тарифам и торговле (ГАТТ), имеющее дело с товарами, и Общее Соглашение по торговле и услугам (GATS). Некоторые случаи в прошлом показали, что Всемирная Торговая Организация (ВТО) в некоторых обстоятельствах отдает приоритет здоровью перед торговлей (например, запрет на импорт асбеста), хотя политические меры должны пройти ряд строгих испытаний, чтобы получить поддержку.

Однако намного большее воздействие на алкогольную политику на практике исходит из торгового закона Европейского союза (ЕС). Большинство касающихся алкоголя разбирательств стали результатом «национальной трактовки» правил налогообложения, которые гласят, что государствам запрещается проводить дискриминацию – как непосредственно, так и косвенно – в пользу производимых внутри страны товаров против производимых в других странах ЕС. Никаких исключений из этого правила в интересах здоровья сделать нельзя, так что в итоге страны сталкиваются с некоторыми ограничениями их налоговой политики. Напротив, все более и более влиятельный Европейский Суд безоговорочно поддержал запреты рекламы в Каталонии и Франции, признавая, что «фактически бесспорно, что рекламные действия являются поощрением потребления».

Стандартизация ставок акцизного сбора является давнишней целью ЕС, направленной на уменьшение рыночных искажений, при которых большие различия в налоговых ставках между граничащими странами ведут к большому числу посещений магазинов за границей. Это ведет к потере доходов для правительства страны с высоким налогом, а также создает давление в направлении понижения ставок налогообложения, что и произошло в некоторых скандинавских странах. Производство алкогольных напитков в форме вина ежегодно получает поддержку в сумме 1,5 миллиарда евро благодаря Единой сельскохозяйственной политике. Экономическая и политическая значимость этих субсидий и, в частности, проблемы производителей вина, затрудняют прогресс политики здравоохранения.

Наиболее активной в области алкоголя международной организацией является Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Европейское бюро которой предприняло несколько инициатив по уменьшению связанного с алкоголем вреда в его 52 Государствах – членах. К ним относятся Рамки Алкогольной политики в Европейском Регионе, Европейская Хартия по Алкоголю и две министерские конференции, которые подтвердили потребность в алкогольной политике (и более широкой политике здравоохранения), которая должна развиваться без какого-либо вмешательства коммерческих или экономических интересов.

Хотя ЕС не может сам по себе принимать законы в целях защиты здоровья людей (государства – члены не предоставили такие полномочия европейским учреждениям), некоторые политические меры, касающиеся внутреннего рынка, могут охватывать и существенные проблемы здоровья, например, пункт о рекламе алкоголя в Директиве о телевидении без границ.

Кроме того, действия ЕС в области алкоголя могут принимать форму «мягких законов» в форме необязательных решений и рекомендаций, призывающих Государства-члены действовать определенным образом.

Алкогольная политика государств – членов
Каждая страна в Европейском Союзе (ЕС) имеет множество законов и других политических мер, которые ставят алкоголь на особое место по отношению к другим товарам, продаваемым на ее территории, нередко по причинам общественного здоровья. Несмотря на широкую распространенность мер алкогольной политики, почти половина стран ЕС все еще не имеет плана действий или координирующего органа по вопросам алкоголя. Но даже в таком случае, большинство стран имеет программы, касающиеся какого-либо одного аспекта алкогольной политики, из которых программы школьного просвещения являются наиболее частыми в странах Европы. Все страны также имеют некоторую форму ограничений вождения в нетрезвом состоянии, причем повсюду, кроме Великобритании, Ирландии и Люксембурга, установлен максимальный предел концентрации алкоголя в крови для водителей на уровне, рекомендованном Европейской Комиссией (0,5 г/л). Однако многие европейские водители полагают, что шансы быть пойманным незначительны. Треть из них полагает, что им никогда не будут проверять выдыхаемый воздух на алкоголь, хотя этот показатель ниже в странах с проверками дыхания водителей, отбираемых случайным образом.

Продажи алкоголя вообще являются предметом ограничений в большинстве стран ЕС, в нескольких случаях с помощью розничных монополий, но чаще с помощью лицензии, при этом места продажи алкоголя часто ограничиваются. Более чем в трети стран (и в некоторых регионах) также ограничиваются часы продажи, тогда как ограничения дней продажи или плотности точек розничной торговли на вынос существуют лишь в небольшом количестве стран. Все страны запрещают продажу алкоголя молодым людям, не достигшим некоторого возраста, в барах и пабах, хотя в четырех странах нет никаких мер в отношении продажи алкоголя детям в магазинах. Возраст, при достижении которого разрешена продажа алкоголя молодым людям, также различается в пределах Европы, обычно составляя 18 лет в Северной Европе и 16 лет в Южной Европе.

Маркетинг алкоголя регулируется в различной степени в зависимости от вида маркетинга. Телевизионная реклама пива (но не ее содержание) ограничена законом в более чем половине стран Европы, включая полные запреты в пяти странах; а что касается запретов рекламы крепких алкогольных напитков, то число стран с такими запретами возрастает до 14 стран. Рекламные щиты и печатные СМИ регулируются в меньшей степени, хотя в каждой третьей стране (главным образом из числа ЕС10) никакого контроля нет. Спортивное спонсорство является объектом самых слабых ограничений, только в семи странах есть какие-либо правовые ограничения.

Налогообложение алкогольных напитков также является общей чертой европейских стран, хотя сами ставки налога значительно различаются между странами. Это особенно явно заметно для вина, в отношении которого почти в половине стран нет вообще никакого налога, однако в каждой пятой стране ставка налога превышает 1 000 евро, с учетом покупательной способности. Вообще, средняя эффективная налоговая ставка наиболее высока в северной Европе, и наиболее низка в Южной и некоторых странах Центральной и Восточной Европы. Четыре страны также ввели специальный налог на алкопопсы (слабоалкогольные подслащенные напитки) с 2004 года, и с тех пор потребление алкопопсов там уменьшилось.

Если различные аспекты политики объединить единой шкалой, общая строгость алкогольной политики варьирует от 5,5 (Греция) до 17,7 (Норвегия) из возможного максимума 20, со средним показателем 10,8. Наименее строгая политика наблюдается в Южной и части стран Центральной и Восточной Европы, а наиболее сильная – в Северной Европе, но общий счет все же не просто уменьшается с севера на юг, например, высокий счет отмечен во Франции. Эта картина алкогольной политики очень отличается от картины, наблюдавшейся пятьдесят лет назад, общие уровни политики теперь намного ближе друг к другу, в значительной степени благодаря усилению политики во многих странах, особенно в области вождения в нетрезвом состоянии, где все страны имеют правовые ограничения. Контроль рекламы, минимальный возраст для покупки алкоголя и общественные структуры для проведения алкогольной политики также стали намного более распространенными в 2005 году по сравнению с 1950 годом.

ВЫВОДЫ
Алкоголь и экономика Европы
Вывод 1
Торговля алкоголем вносит около 9 миллиардов евро в торговый баланс товаров для Европейского Союза в целом, но при этом такая торговля не обязательно будет затронута предпринимаемыми во всей Европе и отдельных странах политическими мерами, направленными на снижение наносимого алкоголем ущерба.

Вывод 2
Поступления от налога на алкоголь являются важным источником правительственных доходов (25 миллиардов евро в 2001 году в старых странахЕС15), но они больше зависят от налоговых ставок, чем от общего уровня потребления алкоголя.

Вывод 3
Снижение потребления алкоголя не обязательно приведет к потерям рабочих мест в экономике в целом, и даже вряд ли вызовет значительные изменения занятости в некоторых связанных с алкоголем секторах, таких как рестораны и бары.

Вызываемые алкоголем социальные издержки
Вывод 4
Материальные затраты, вызываемые алкоголем, для Европейского Союза, согласно оценкам, составляли в 2003 году 125 миллиардов евро, включая сумму в 59 миллиардов евро, обусловленную снижением производительности труда из-за отсутствия на работе, безработицы и потери рабочих лет ввиду преждевременной смерти.

Вывод 5
Косвенные затраты, вызываемые алкоголем (в виде денежного эквивалента утрат, которые постигают людей из-за страданий и потери жизни) в Европейском Союзе, согласно оценкам, составили в 2003 году 270 миллиардов евро.

Потребление алкоголя в Европе
Вывод 6
В то время как различия между странами в уровнях и структуре выпивок все еще очевидны, они стали меньшими, чем 40 лет назад, а многие аспекты потребления алкоголя намного более сходны по Европе, чем обычно полагают. Пьянство среди молодежи выросло в большинстве стран в 1990-х годах, а в течение последних лет тенденции были неоднозначными.

Вывод 7
Опьянение является важной причиной повреждений и травм, включая насильственные повреждения, по всей Европе, в том числе в Южной Европе.

Вывод 8
Место проживания в Европе остается главным детерминантом наносимого алкоголем ущербом.

Алкоголь и здоровье
Вывод 9
Алкоголь является влияющим на здоровье фактором, который обусловливает 7,4% всех случаев инвалидности и преждевременной смертности в Европейском Союзе.

Вывод 10
Алкоголь служит причиной нанесения ущерба другим людям, помимо самого пьющего, включая приблизительно 60 тысяч весящих ниже нормы новорожденных, 5-9 миллионов детей, живущих в семьях, на которых пагубно сказывается алкоголь, и 10 тысяч погибших в ДТП людей, помимо водителя, в Европейском Союзе каждый год.

Вывод 11
Алкоголь служит причиной неравенства в уровне здоровья, как между странами, так и в их пределах, вызывая приблизительно 90 дополнительных смертей на 100 000 мужчин и 60 дополнительных смертей на 100 000 женщин в новых странах ЕС10, по сравнению со старыми странами ЕС15.

Алкоголь и правительственная политика
Вывод 12
Правительства несут ответственность за регулирование рынка, и получают выгоду от этого. Например, 10%-й рост цен на алкоголь в государствах ЕС15, согласно оценкам, принесет приблизительно 13 миллиардов евро дополнительных доходов от налога на алкоголь в течение первого же года.

Вывод 13
Просветительные действия мало эффективны в сокращении наносимого алкоголем ущерба и не являются альтернативой мерам, регулирующим рынок алкоголя, которые оказывают наибольшее воздействие на сокращении ущерба, включая ущерб среди тех, кто пьет особенно много, и среди молодежи.

Алкоголь и европейская политика
Вывод 14
Сохранение различий в алкогольной политике среди стран Европы, таких как налоговые ставки, подрывает возможности стран осуществлять эффективную политику.

Вывод 15
Различия политических мер между государствами ЕС иногда признаются законными ради здоровья, например, в постановлении Европейского Суда 2004 года в пользу французского закона о рекламе.

• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 3 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 5. Об алкогольном оздоровлении (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 4 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 2 (0)
• Теория «культурного» пития (0)

Новый век “взял” у старого прежние проблемы. Одна из наиболее актуальных – это безудержное пьянство. Сейчас, когда потребление алкоголя в Беларуси неизбежно влечет за собой полную деградацию народа, когда алкоголики на каждом шагу, а количество преступлений на почве пьянства почти удвоилось, – общество должно, наконец, выработать эффективное противодействие страшному злу. А для этого необходимо вспомнить, как с ним боролись наши предки.
Бурное индустриальное развитие нашего региона в конце XIX – начале XX веков, стремительное приобщение его к ценностям цивилизации неизбежно влекли за собой укоренение в народном организме присущих многим развитым странам пороков, в том числе, разумеется, и пьянства. Было бы несправедливым утверждать, что до этого наши земляки не знали спиртного, но его потребление именно в тот период начало приобретать устрашающие размеры. В начале XX века известный общественный деятель профессор Челышев, говоря о том, что водка сделала с народом России, отмечал: “40 процентов новобранцев не годятся в военную службу. За год от опоя погибает свыше 200 тысяч человек. За год пропивается около двух миллиардов рублей, а весь урожай также приносит около двух миллиардов… Крестьяне переходят на отруба, затем продают землю, а деньги пропивают. По некоторым деревням до 90 процентов школьников пьют“. Немногим лучше было и в городах. Здесь, согласно социологическим исследованиям, на заре века употребляли спиртное 67 процентов мальчиков и 45 процентов девочек школьного возраста. В этой ситуации перед здоровыми силами страны встала насущная задача – положить конец безудержному господству алкоголя, предприняв для этого активные действия на различных уровнях: от государственного регулирования проблемы и формирования в обществе негативного отношения к пьянству до спасения от этого недуга отдельных людей. У истоков столь благородной деятельности в Гродненской губернии стоял православный священник, писатель, историк и фольклорист Дмитрий Булгаковский. Будучи священником в Свислочи, а затем в Волковыске, он одновременно исполнял обязанности законоучителя, преподавателя русского и церковнославянского языков в Свислочской учительской семинарии и в Волковысском уездном училище. Серьезные занятия Булгаковского, общение с простым народом сделали его имя популярным на Гродненщине.
В 1889 году под влиянием деятельности сторонников здорового образа жизни Гродненское губернское по крестьянским делам присутствие опубликовало на страницах “Гродненских губернских ведомостей” любопытную и на сегодняшний день инструкцию для волостных и сельских старост по преследованию пьянства среди крестьян. Ознакомимся лишь с некоторыми статьями, сохранив при этом особенности ее стилистики: “Правительство всегда стремилось и стремится к уменьшению в народе пьянства, которое отражаясь на самом здоровье, в то же время приводит его к грубому и жестокому обращению в семье, к уголовным преступлениям, к расстройству имущества, к полному разорению хозяйства, к нищете, а самое главное – от пьянства в народе уменьшается страх: страх Божий, покорность детей к родителям и повиновение властям“.
Закон предоставил крестьянам право составлять приговоры о недопущении открытия литейных заведений, а на их содержателей возложил обязанности: “не производить в селениях торговли во время крестных ходов и в праздничные, воскресные и табельные дни до окончания Божественной литургии, а после этого торговать только до 10 часов вечера; не продавать крепких напитков в долг, на счет урожая, под заклад платья, посуды или других вещей; а также не платить за произведенные работы вином вместо денег (сегодня эту операцию повсеместно называют “жидкой валютой” – В.Ч.); не допускать в своих заведения недозволенных увеселений или игр, бесчинств и беспорядков; не допускать малолетних или видимо пьяных к распитию крепких напитков в их заведениях“.
За несоблюдение этих требований содержатели питейных заведений подвергались штрафу и аресту, возвращению незаконно принятых вещей и продуктов, а при повторении – само заведение закрывалось. Тому же лицу, которое заявит властям о нарушении правил питейной торговли, выдавалась половина штрафа, взысканного с провинившегося торговца.
Карая содержателей питейных заведений, власти считали необходимым преследовать и самих пьянствующих, возлагая при этом дополнительные обязанности на сельских старост. К их числу, в частности, относились следующие: “наблюдать, чтобы крестьяне являлись в церковь и в другие места, где совершается богослужение, непременно в трезвом виде; воспрещать крестьянам собираться в питейных заведениях до окончания Божественной литургии; не допускать при проведении сельских сходов присутствия на них крестьян в нетрезвом виде, а явившихся пьяных привлекать к ответственности; смотреть, чтобы крестьяне не покупали крепких напитков в долг, в счет будущего урожая, а равно бы не пили вина вместо причитающейся платы от содержателя питейного заведения за произведенные для него работы“. Виновные подвергались следующим взысканиям: общественным работам до двух недель, денежному штрафу в 1 рубль или аресту до 2-х дней. (”Гродненские губернские ведомости”, 18 октября 1889г. – с.2-3.)
Организатор борьбы за народную трезвость Булгаковский с 1898 года жил в Петербурге как вольный священник. Здесь активно включился в антиалкогольное общественное движение. Был одним из организаторов “Санкт-Петербургского попечительства о народной трезвости”. В 1900 году на Парижской всемирной выставке его наградили серебряной медалью за литературно-художественный альбом “Эхо. Пьянство и его последствия”. По проблеме пьянства им было опубликовано несколько книг, в том числе “На помощь”, “Вино на Руси”, “Как я перестал пить”, “Горькая правда о пьянстве”, “Как отказаться от спиртных напитков” и другие. Длительное время Булгаковский издавал журнал “Всероссийский вестник трезвости”.
Неутомимым сторонником народной трезвости являлся секретарь (впоследствии редактор) “Гродненских губернских ведомостей”, автор “Краткого исторического очерка Гродненской губернии за сто лет ее существований” Л.Солоневич. С инициативой создания приходских обществ трезвости выступал гродненский протоиерей Иоанн Корчинский. Большую роль в народно-православном движении за трезвый образ жизни играло Гродненское православное Софийское братство. Член братства Ф.Маркович ряд лет возглавлял “Гродненское попечительство о народной трезвости”. На счету братства и попечительства – множество благородных дел по спасению людей от пьянства.
Под влиянием подвижников антиалкогольной кампании крестьяне Гродненской губернии неоднократно выступали (через составление приговоров) за закрытие винных лавок в их селах. Но одного антиалкогольного движения снизу было недостаточно. Пьянству необходимо было создать мощную правовую преграду. В ее разработке огромную роль сыграл император Николай II, начертавший на приветственном адресе одного из обществ трезвости: “Желаю всемерного распространения по всей Русской земле трезвенного движения“. Итогом многовекторных усилий стало введение в стране в 1914 году “сухого” закона, то есть запрещения производства и продажи спиртных напитков, который продолжал действовать до 1925 года. В результате этого уже к началу 1915 года производительность труда возросла на 30 – 50 процентов, число пожаров в сельской местности уменьшилось в два раза. Количество прогулов снизилось на 27 процентов.
Это лишь первые благотворные последствия “сухого” закона. Его принятие сказалось бы просто невозможным без активной гражданской позиции здоровых сил общества. И как знать, выжили бы мы в невероятных испытаниях XX века, если бы не годы трезвости, отсчет которым дал август 1914 года?

• Никон и кабак (0)
• Алкоголизм в 1920-х годах (0)
• Антиалкогольное движение 1920-х годов (0)
• Российский демографический кризис (2)
• Народ и “царев кабак” (0)

                к Части 4

                к Части 5

Та же неясность существует и насчет влияния образования и культуры на развитие пьянства. С одной стороны несомненно, что такие явления, как «бытовой» алкоголизм, представляют результат некультурности страны, с другой — известно, что в странах и местностях наиболее образованных пьют не меньше, а пожалуй, даже больше. Очевидно, что для правильной и коренной борьбы с таким социальным бедствием, как алкоголизм, необходимо еще всестороннее и внимательное изучение вопроса, которое должно вестись планомерно и систематически.
Но, не дожидаясь научного выяснения многих из вышеуказанных вопросов в борьбе с социальным алкоголизмом, необходимо кроме вышеупомянутых мероприятий, озаботиться введением мер, служащих к охране условий трудящегося класса населения, поднятием его материального благосостояния и просвещением народных масс в смысле предоставления им духовной, неразвращающей пищи. С другой стороны, необходимо ныне же широко предоставить населению проявить свою самостоятельность в отношении ограничения алкоголизма путем осуществления своих прав в отношении закрытия торговли спиртными напитками. Особую пользу может оказать здесь думский законопроект, устанавливающий в этом отношении права женщин на участие в постановлениях о закрытии торговли спиртными напитками. Необходимо однако указать на существенное несовершенство нынешнего закона, дающего право закрытия одновременно лишь всех вообще мест продажи спиртных напитков, следовательно, водочных и пивных и каких бы то ни было. Очевидно, что, если населению не представляется возможности оставить с закрытием водочной лавки хотя бы временно пивную, то при недостатке в селах и деревнях вообще мест, играющих роль деревенских клубов, наподобие например деревенских народных домов в Финляндии, многими обществами будут неохотно выноситься постановления о закрытии продажи  спиртных напитков.
Одновременно с этим должна быть проведена реформа с понижением крепости водки без понижения акциза. Уже выше упоминалось, что, чем крепче алкоголь вводится в организм, тем он разрушительнее на него действует, а потому с этой мерой медлить нельзя. Но, конечно, понижение должно производиться не на 2%, согласно сделанному предложению в Гос. Думе, а хотя бы на первое время довести водку приблизительно до той крепости, какой она была ранее, т. е. до 25 %.
Нечего опасаться, что наш русский крестьянин или рабочий, как утверждают некоторые, видит в известной степени опьянения своего рода цель и, таким образом, вместо 1 рюмки будет в этом случае пить 2, вследствие чего упомянутая реформа будто бы сведется лишь к большему опустошению кармана обывателя. Если этому мнению и можно придавать некоторое значение, то лишь по отношению к алкоголикам, уже приучившим себя к определенной степени опьянения. Но нельзя забывать, что ошеломляющее влияние крепкой водки на всякого новичка, особенно из дегенератов, вводит в потребление такие порции алкоголя, которые с необычной быстротой делают его алкоголиком; а между тем, более, чем очевидно, что в деле «алкогольного оздоровления» предупреждать развитие алкоголизма имеет гораздо больше значения, чем поддерживать интересы старых алкоголиков. Само собою разумеется, что с течением времени нужно будет иметь в виду и дальнейшее понижение крепости спиртных напитков, как о том я говорил и на 1-м Всероссийском съезде по борьбе с пьянством.
Необходимо далее всемерно поощрять распространение безалкогольных и малосодержащих алкоголь напитков, как квасы, мед, брага, сидр, домашнее пиво, различные фруктовые воды, безалкогольные виноградные напитки, земляничный и другие чаи, ячменный кофе и т. п. Практика выработает, конечно, при существовании спроса многочисленный ряд шипучих и иных напитков, приятных на вкус, но лишенных алкоголя или с ничтожным его содержанием, которые постепенно и войдут в обиход народа. Однако с продажным пивом нужна бoльшaя осторожность, и поощрение его распространения в народе с точки зрения здоровья, ввиду его относительной крепости, во всяком случае недопустимо. Наконец, в деле борьбы с алкоголизмом нельзя не принять во внимание полезности улучшения жилищных условий трудящихся масс, а также устройства дешевых столовых, чайных, так называемых народных домов, ресторанов без продажи спиртных напитков и рабочих клубов с библиотеками и со здоровыми развлечениями, но опять-таки без продажи спиртных напитков, наподобие английских рабочих клубов, примкнувших к общему союзу, так называемому Workingmen’s Club and Institutes Union.
Путем вышеуказанной планомерной работы в течение ряда лет мы, естественно, подойдем к тому, чтобы запретительная система могла быть введена и у нас по примеру Швеции, Финляндии и Исландии с расчетом на ее успех; при этом, конечно, энергичная борьба должна быть направлена и против развития шинкарства. Необходимо, конечно, со всеми этими мерами торопиться, чтобы и в этом вопросе не оказаться в хвосте других держав, к чему мы, русские, имели всегда особую склонность.
Для успешного же проведения в жизнь разнообразных мер борьбы с алкоголизмом необходимо, чтобы были привлечены к делу местные общественные силы, а для финансирования различных мероприятий, сообразно выяснившейся действительной потребности, выделялся соответственный кредит из доходов с алкоголя, определяемый законодательными учреждениями. Без этих 2 условий дело борьбы с алкоголизмом будет, как до сих пор, сводиться, с одной стороны, к бесплодным и бесчисленным разговорам и спорам в разных обществах, комиссиях и съездах, с другой — к небольшим отпускам средств на те или другие противоалкогольные начинания, которые без общей планомерной работы окажутся лишь в роли обособленных мелких убежищ в огромном море народного пьянства.

• Классики русской медицины об алкоголе. Ф.Ф. Эрисман. Часть 2 (0)
• Теория малых доз (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 5. Об алкогольном оздоровлении (0)
• Народ и “царев кабак” (0)
• Наша Столетняя война (0)

               к Части 4

Перейти   к Части 6

Итак, нужна коренная борьба со злом, которая в конечном своем итоге должна привести к отрезвлению населения и изъятию алкоголя из вольной продажи, к чему и необходимо всемерно стремиться в интересах оздоровления населения.
Спрашивается, осуществима ли вообще борьба с этим злом и какова вероятность успеха борьбы? На 1-й вопрос следует ответить, что для человека нет недостижимых задач, а, следовательно, раз сознан безусловный вред алкоголя и поставлена определенно задача борьбы, то результаты скажутся при дружном содействии всех общественных и государственных сил.
Примером успешности борьбы с распространением алкоголя могут служить наши непосредственные соседки, скандинавские страны, близкие нам и по климатическим условиям жизни. Пьянство в них в начале прошлого столетия процветало в неимоверной степени, ныне же это — наиболее трезвые страны в мире. По данным Laquer’a, в Швеции в начале прошлого столетия винокурня была приурочена почти к каждому дому, причем, в стране насчитывалось до 170 тыс. винокурен, т. е. по 1 винокурне почти на 14 жителей; на каждую душу населения приходилось по 23 л безводного спирта. В 1855 г. был издан закон, по которому запрещалось выкуривать меньше 5 гектолитров в день, и число винокурен быстро пошло на убыль: в 1861 году их было уже только 950, в 1900 же году всего лишь 131; вместе с тем потребление спирта сильно сократилось, и в 1855—1860 гг. было уже около 5 л на душу, а далее дошло до 3 л. В Норвегии цифры эти еще меньше и колеблются между 2—3 л на душу населения. Надо однако иметь в виду, что подобные результаты были достигнуты в Скандинавских государствах не только указанным законом, но и проведением в жизнь «Готенбургской» системы и других противоалкогольных мероприятий.
Но скажут: «То — Скандинавия, а у нас русская действительность с государственной монополией водки». Однако и в нашей стране, как мы видели, имеется трезвая часть населения. При том же дружная работа общественных сил не может не захватывать правительственные круги, а потому и вопрос бюджетной реформы есть лишь вопрос времени. Необходимо лишь вести борьбу с алкоголизмом планомерно, ибо это — вопрос большой и крайне сложный, не разрешимый одними лишь выкриками: «Запретить, запретить и запретить!» Лица, мнящие, что этим выкриком можно что-либо сделать, похожи на страусов, которые, скрывая свою голову в песок, воображают, что они спрятали вместе с этим и свое огромное туловище. Главная идеология этих лиц, отличающихся, к сожалению, нередко излишней шумливостью в собраниях, в сущности сводится к 2 китам: 1) к силе бумаги, именуемой законом, и 2) к полицейской власти в лице городовых и урядников, которые, очевидно, опираясь на особый шпионаж, «выслеживающий тайных производителей и продавцов спиртных напитков», настолько сами почувствуют в себе благородство противоалкогольного порыва, что будут и бескорыстны, и в то же время кротки, как голуби; а между тем даже  на улицах Петербурга можно видеть иногда, как «угощаются» водкой городовые вместе с рабочими, несмотря на существование с 1900 г. закона о преследовании уличного потребления спиртных напитков. Что же говорить о провинции? Ясно, что идеология этих господ должна привести, с одной стороны, к увеличению шпионажа, с другой — к неимоверному увеличению полицейской власти, ибо как же оберечь народ от тайной продажи по деревням, особенно в глухих местностях, как не поставив почти около каждого дома по городовому, да и то с риском, что городовой подвергнется алкогольному соблазну? Иначе ведь дело сведется к тому — что мы и имеем в некоторых Американских Штатах, — что тайный торговец вином, будучи привлечен к суду, не станет и оправдываться, а преспокойно спросит судью: «Сколько платить?» Ибо штраф его нисколько не обременит, так как с избытком будет переложен на потребителей продукта. У нас среди инородцев восточных окраин, особенно среди вотяков, как известно, распространено тайное производство и продажа «кумышки», выкуриваемой в огромном количестве, и однако, несмотря на строгое преследование закона, которое, естественно, должно было усилиться с введением государственной монополии в стране, выкуривание «кумышки» продолжается и поныне, и даже не слышно, чтобы местные суды разбирали дела о курении «кумышки». Очевидно, что эти дела, если и доходят когда-либо до внимания местных полицейских властей, то разрешаются вполне миролюбиво и полюбовно, причем, от этого полюбовного решения выкуривающий «кумышку», очевидно, нисколько не страдает, а, быть может, даже и поощряется.
Ясно, что для решения вопроса об алкогольном оздоровлении населения с целью в конечном результате достичь изъятия крепких спиртных напитков из вольной продажи, необходимо повести планомерную работу, подготовив реформу путем повсеместного отрезвления народа. Без этой планомерной работы дело отрезвления народа может быть только испорчено, как это и случилось в Америке; по крайней мере, нельзя не верить президенту Соединенных Штатов W. Taffy, который говорит, очевидно, опираясь на опыт своей страны, что «нет ничего сумасбродного и более противного здравой критике, как издавать законы, которых соблюдение оказывается невозможным при данных условиях; это положение применимо к коренным законодательствам в области торговли крепкими напитками». Равным образом известный английский общественный деятель Chamberlan в своем отчете о путешествии в Америку замечает: «Я видел действие запретительных законодательств в Америке, которые лишь способствуют развитию пристрастия к крепким спиртным напиткам». Пример другого рода представляет собою Швеция и наша Финляндия.
Как известно, в Швеции в 1908 г. был внесен и одобрен Советом министров проект запретительного закона относительно производства и продажи крепких спиртных напитков. Почти одновременно подобный же закон был принят и финляндским народным представительством, хотя он и подвергся затем довольно существенным изменениям со стороны финляндского сената. Но и та и другая страна была подготовлена к этим законопроектам целым рядом предшествовавших мероприятий и, между прочим, широкой пропагандой идей трезвости, вследствие чего здесь эта реформа оказалась более целесообразной, хотя все же по праздникам нетрудно видеть пьяных финнов, вывозящих водку из Петербурга, а в Швеции в большом распространении крепкий напиток, известный под названием «шведского пунша».
В чем же должна состоять подготовка страны к изъятию крепких напитков из вольной продажи? Как и в других случаях, «алкогольное оздоровление» должно иметь в виду, с одной стороны, меры лечебные, с другой — предупредительные, или профилактические. Первые состоят в устройстве лечебных учреждений и колоний для всех пострадавших от алкоголизма, как-то: клиник, лечебниц, убежищ, амбулаторий и рабочих колоний; вторые — в принятии всех мер, клонящихся к предупреждению развития пьянства и распространения алкоголизма, таких как пропаганда идей трезвости и пр., устранение алкогольной провокации и создаваемого ею алкогольного соблазна и последовательно проводимые ограничительные меры по отношению к торговле спиртными напитками при тех или других условиях и систематическое понижение крепости спиртных напитков.
Что касается врачебной помощи пострадавшему населению, то следует иметь в виду, что с устройством клинического Противоалкогольного института в С.-Петербурге этому делу, смею думать, положено прочное начало, ибо этот институт как научно-лечебное учреждение, особенно при его расширении, даст не только соответствующую помощь пострадавшему населению и, конечно, не одной только столицы, а и различных округов России; вместе с тем он создаст и необходимый кадр врачей, которые ближе ознакомятся как с проявлениями алкоголизма, так и со способами его лечения, физическими и психическими (внушение, различные виды психотерапии), а главное войдут в это дело в такой мере, что признают его своим любимым делом, своей специальностью. Он даст таким образом врачей для устройства сети хотя бы небольших лечебниц и амбулаторий и вне столицы.
Устройство амбулаторий вообще недорого и можно ожидать, что отныне вместе с устройством петербургской клиники развитие амбулаторий для алкоголиков должно пойти быстрыми шагами, ибо врачи, работающие на местах внутри России, которым будет поручена организация амбулаторий для алкоголиков, могут в случае надобности путем командировки с затратой небольшого сравнительно времени ознакомиться со всеми подробностями клинического ведения дела и с методикой психотерапии.
Само собою разумеется, что на предмет врачебной помощи пострадавшему от алкоголя населению должны тратиться далеко не те убогие средства, какие отпускаются ныне. Какие затраты должны быть произведены собственно на этот предмет, а не на совершенно никому ненужные увеселения, на которые  ныне тратятся большие деньги, могли бы определить совещания из представителей земств и городских управлений. Могу лишь сказать, что один врач из Ярославской губернии (А.А. Голосов) в 1905 г. на съезде психиатров определил, что если бы траты правительства на вышеуказанный предмет возросли до 3% общего дохода с акциза, то этого оказалось бы достаточным, чтобы убежища, дающие приют для вытрезвления пьяниц и для лечения как коечных, так и амбулаторных больных, были устроены не только во всех городах губернии, но даже и в крупных фабричных и торговых селах. Полагаю, что не грех было бы у нас отпускать и больший процент отчисления акциза на культурные цели, связанные с отрезвлением народа. Эта мера не была бы и новой для России, ибо в других странах отчисляется определенный, причем, гораздо больший, чем в России, процент из дохода, получаемого государством от продажи спиртных напитков на устройство учреждений по борьбе с пьянством: в Швейцарии и Америке, например, отчисляется 10%, в Норвегии 20% и т. д. К тому же эта мера при настоящем деле отнюдь не обременила бы государственного казначейства, ибо налог на акциз всегда служит источником борьбы с народным пьянством и он может быть соразмерно возвышен ничуть не в ущерб здоровью населения, как он возвышается прогрессивно во всех других странах, причем, например, в Англии акциз на спиртные напитки вдвое превышает наш акциз. Чем дороже алкогольный напиток, тем, очевидно, он менее доступен для населения; подешевление же этого продукта, как показывает история с «дешевкой» или так называемой «сивухой» в период акцизной системы, сильно содействует распространению алкоголя в населении и оказывается прямо гибельным для его здоровья.
Необходимо иметь в виду, что устройство лечебных пунктов и амбулаторий достигает не только осуществления помощи пострадавшему населению, но и существенно важно потому, что вместе с этими лечебными пунктами прививаются населению и правильные взгляды относительно алкоголизма и вреда алкоголя, вообще путем развития в народе сведений относительно алкоголизма, путем распространения в народе сведений относительно необходимости и возможности излечения от пристрастия к алкоголю и широкого распространения идей трезвости и воздержания.
Нельзя при этом забывать, что около таких лечебных пунктов обычно устраиваются и должны устраиваться благотворительные общества трезвости, поддерживающие морально, а в случае надобности и материально излечившихся алкоголиков, и в то же время служащие к распространению идей трезвости в населении.
Но пропаганда идей трезвости должна вестись всеми возможными способами, следовательно не только врачебными учреждениями при лечении алкоголиков и обществами трезвости, но и в школах низших, средних и высших, а также публичными лекциями, изданиями, показательными выставками и пр. Бывший съезд практических деятелей по борьбе с пьянством, как упомянуто, согласно моему предложению, уже вынес постановление ходатайствовать перед всеми ведомствами, имеющими учебные заведения, а также перед всеми земскими и городскими установлениями о том, чтобы в подведомственных им школах были организованы курсы или беседы об алкоголизме и вреде алкоголя вообще с соответствующими предъявлениями, имеющие целью распространение идей трезвости. Само преподавание от этого нововведения, отчасти уже осуществленного в школах Франции, Америки, Швейцарии и некоторых других стран, не может пострадать, ибо в высших школах это может быть осуществлено путем небольших частных необязательных курсов для всех желающих, в средних учебных заведениях — на уроках гигиены и на беседах школьного врача в свободные от уроков часы, в низших народных и городских школах — путем бесед учителей со своими учениками вне официальных классных занятий или также в свободные от уроков часы.
Эта повсеместная организация школьной пропаганды идей трезвости не только передастся широкой волной в население и вместе с тем оздоровит в отношении алкоголизма саму учащуюся молодежь, т. е. ослабит, если не устранит, так называемый «школьный алкоголизм». Если бы все учреждения отнеслись серьезно, а не просто формально к этому ходатайству, то распространение идей трезвости сильно подвинулось бы вперед.
Равным образом распространение идей трезвости может быть достигнуто и широким распространением церковной проповеди. В этом отношении установление определенного дня, где во всех церквях, костелах, кирках и других молитвенных домах раздавалась бы проповедь о вреде алкоголизма, могло бы оказать немалую помощь в смысле распространения идей трезвости.
Без сомнения, могут быть и другие пути для пропаганды идей трезвости, частью уже указанные выше, через общества трезвости, народные театры, читальни, печатные издания, публичные лекции и пр., и всеми этими путями необходимо широко воспользоваться, ибо укрепление идей трезвости имеет, вообще говоря, громадное предупредительное значение в смысле ограничения распространения алкоголизма в населении: некоторые его формы, как «бытовой» алкоголизм, коренящийся в народных обычаях (питье по праздникам, на свадьбах, на крестинах и пр.), а также крайне распространенный в среднем классе населения так называемый «буржуазный» алкоголизм (питье за завтраком и обедом и вообще за едой) могут быть искоренены, главным образом, путем распространения идей трезвости и вреда, наносимого алкоголем здоровью.
Затем должна быть решительно устранена путем закона явная провокация употребления спиртных напитков, теперь применяемая везде и всюду: ныне куда бы вы ни вошли из бойких общественных мест, везде встретите, как нарочно, самый «отъявленный» соблазн; так например, на станциях железных дорог, в садах, на гуляньях и пр. (о ресторанах, гостиницах и т. п. заведениях и говорить нечего) выдвигается на первый план выставка разного рода спиртных напитков с целью завлечения посетителей. Эти выставки могли бы быть просто удалены законом с глаз публики во избежание совершенно ненужного соблазна, и этим самым все же была бы в известной мере ослаблена пропаганда самого пьянства.
Далее, существенное значение имеет борьба с «социальным» алкоголизмом в широком смысле этого слова, между прочим, путем ограничения продажи спиртных напитков как в отношении времени, так и в отношении мест продажи (запрещение продажи спиртных напитков в праздники и накануне их, в местах общественных и народных собраний, закрытие продажи спиртных напитков с  определенного часа и т. п.). Здесь должна быть выработана строгая система, опирающаяся па статистические данные и проводимая строгой последовательностью и систематичностью.
Другие меры борьбы с социальным алкоголизмом требуют еще более полного научного освещения; пока же при неразработанности вопроса мы путаемся в противоречивых данных: с одной стороны, такие страны, как Франция, Бельгия и Дания отличаются наивысшим потреблением алкоголя и это как-будто связывает алкоголизм с достатком населения, с другой — имеются не менее положительные факты, говорящие о тяготении бедного населения к алкоголю. Даже в местах, пораженных голодом, спиртные напитки, как известно, потребляются в большем размере, чем обыкновенно. С другой стороны, по одним данным, алкоголизм поддерживается высокой заработной платой, по другим — неуверенностью в завтрашнем дне, обездоленностью населения и неблагоприятными жизненными условиями или так называемым пауперизмом, тогда как иными авторами не без основания принимается, что и самый пауперизм обусловливается в значительной мере алкоголизмом. Мы даже окончательно не знаем, распространен ли алкоголизм более среди обездоленных классов населения или среди более зажиточных?

• Минфин Беларуси наш союзник. Поддержим его!!! (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 3 (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 2 (0)
• Российский демографический кризис (2)
• Теория «культурного» пития (0)

Перейти к   Части 5

Об алкогольном оздоровлении

Вопросы алкоголизма, как наболевшее зло, кошмарно и неотступно стоят перед глазами всякого, кто ближе знаком с его последствиями. Но как только ставится вопрос о здоровье народа ввиду страшного распространения алкоголизма, то обычно выдвигается совершенно побочная точка зрения — это сравнение с Западом. Уж такова рабская особенность русского человека, что он не может разрешить ни одного общественного вопроса независимо и самостоятельно, а всегда лишь сравнительно, и, если в этой сравнительной точке зрения может найти какой-либо утешительный для себя уголок, то уже опускает руки и даже вполне счастлив, если оказывается, что он не из самых последних. О том, чтобы быть в числе первых, конечно, не может быть и речи. «Куда уж нам!»
И вот эта сравнительная точка зрения усматривает мираж в том, что по количеству ежегодно выпиваемого спирта Россия находится в условиях будто бы более выгодных, чем некоторые страны Европы; так, известно, что душевое потребление в России всех спиртных напитков в переводе на безводный спирт лишь несколько превышает потребление в Норвегии и нашей Финляндии, но уступает потреблению в Соединенных Штатах приблизительно на 40%, в Голландии и Швеции — почти вдвое, в Австрии, Великобритании и Германии — втрое с лишком, в Дании, Италии и Швейцарии — вчетверо с лишком, в Бельгии — в 5 раз и во Франции в 7 раз. Этот утешительный мираж многих решительно успокаивает, и они готовы допустить разве что борьбу с излишним потреблением вина, но ничуть не борьбу с распространением алкоголя в населении.
Однако, значит ли что-нибудь голая цифра? Она получает свое значение, лишь когда будет выяснено более точно, что собственно она обозначает? В этом отношении прежде всего нужно иметь в виду, что в России пьянство распространяется крайне неравномерно; так, наше старообрядчество и сектантство отличается в большинстве случаев трезвостью, а ведь одних старообрядцев у нас около 30 млн.; известно также своею трезвостью татарское население (около 16 млн.), конечно, не без исключений, опять же в силу религиозных воззрений; равным образом мало пьют и евреи. Если внести поправку в душевое потребление спирта, приняв во внимание трезвость массы старообрядцев, сектантов, магометан и евреев, то получим собственно для большей части коренного русского населения и для других населяющих Россию народов цифру душевого потребления алкоголя, которая должна занять, несомненно, одно из «почетных» мест в общеевропейской статистике; при этом еще не принят во внимание менее благоприятный для нас возрастной состав населения, ибо в России детей, вследствие большой рождаемости и смертности, относительно больше, чем в других странах, а ведь дети не пьют. Наконец, мы еще не приняли во внимание, сколько выпивается «кумышки», «бузы» и других крепких и крайне плохих (в смысле ядовитых примесей) алкогольных напитков, производимых тайно от взоров властей, что возможно исключительно у нас и чего нельзя учесть никакими способами, а также развитое в большой степени у нас шинкарство, особенно в последнее время.
Но сравнение этим не исчерпывается. Не может подлежать сомнению, что крепость вводимого в организм алкоголя в смысле влияния его на организм имеет огромное значение. Можно считать непреложной научной истиной, что чем насыщеннее вводится в организм алкоголь, тем вреднее он действует. Речь при этом, конечно, идет собственно об отравляющем действии алкоголя, а не о таких побочных влияниях, как развитие желудочно-кишечного катара, свойственного всем вообще алкоголикам, пьющим крепкие спиртные напитки. Дело в том, что при потреблении крепкого раствора алкоголя последний, сильно раздражая самый желудок и кишечник и вызывая тем самым резкий приток крови к их стенкам, всасывается в кровь с необычайной быстротой, действуя особенно разрушительно, тогда как при более слабых растворах своевременно вводятся в действие защитные условия организма, которые в известной степени и парализуют вредное действие более разведенных порций алкоголя. В указанном отношении имеет значение сравнительное потребление водки в разных странах, в чем мы имеем решительно невыгодную статистику по сравнению с Западом. Так, если принять во внимание душевое потребление одной водки, то оказывается, что в России, например, в 1904 г. ее потребляли втрое больше, чем в Италии, в 1 ½ раза больше, чем в Норвегии, почти одинаково с потреблением ее в Англии, Соединенных Штатах и Швейцарии, раза в 1 ½ меньше, чем во Франции, вдвое меньше, чем в Австрии, а почти втрое меньше, чем в Дании; по статистике же Зандберга оказывается, что душевое потребление водки еще менее благоприятно для России, причем, потребление водки в ней оказывается гораздо большим, чем в Италии, Испании, Португалии, Норвегии, Великобритании и нашей Финляндии, одинаково с потреблением в Бельгии, Германии и Франции и раза в 1 ½ меньше потребления в Дании; в последнее же время это соотношение ввиду сильного возрастания потребления водки у нас должно было измениться еще к худшему для России.
Таким образом, если принять во внимание, что наш народ имеет несчастную привилегию потреблять 40 % водку, тогда как на Западе обыкновенно народы потребляют много больше виноградного вина и пива, относительный вред которых во всяком случае меньше, чем вред водки, то сравнение оказывается для нас еще менее выгодным, если даже и не принимать в расчет разницы влияния на организм вина естественного брожения и искусственной обработки. Нельзя забывать при этом, что в западных государствах крепкие напитки (ликеры, виски, коньяк, абсент) чаще всего употребляются в разведенном виде с водой или кофе, а не в цельном.
Наконец, картина нашего быта омрачается еще тем, что вследствие развития ресторанной жизни за границей крепкие напитки выпиваются большею частью не иначе, как с пищевыми продуктами и притом, вследствие климатических условий, в течение большей части года преимущественно на свежем воздухе, где имеется благоприятный газовый обмен легких, тогда как у нас водка потребляется нередко в голом виде и иногда даже на голодный желудок или же потребляется в условиях спертого воздуха жилищ, а все это усиливает вредное действие алкоголя на организм.
Отсюда ясно, почему так поражает всякого приезжего иностранца огромное количество пьяных на улицах наших городов и прежде всего столиц. Даже наш притупившийся взгляд не может не возмущаться видом пьяных, шатающихся по городским панелям и мостовым и то и дело сваливающихся в грязь, если вовремя не поддержат их спутники. Загляните по праздникам в окрайные части столицы, где к пьяным относятся городовые вообще несколько снисходительнее, и вы ужаснетесь безобразнейшим сценам у какой-либо винной лавки или трактира. Во всяком случае ничего подобного ни в одной стране встретить нельзя. Это — специфическая русская картина, с невозможной площадной бранью, дракой и буйством пьяных лиц, сопротивляющихся городовому и собирающих своим шумом уличную толпу, а в том числе и детей. А неугодно ли заглянуть в статистику градоначальства? Сколько подбирается лиц на улицах Петербурга не просто пьяных, а оказавшихся в безобразно пьяном виде? 65 000, что по расчету выходит в общей сложности 4% на всё количество жителей! Есть ли что-либо подобное в других столицах Европы?
Да что говорить о безобразно пьяных, когда в Петербурге погибает ежегодно от «опоя» по 20 чел. на 100 тыс. населения (Мендельсон), тогда как в Berlin’e таковых смертей насчитывается всего 3, в Paris’e 6, а в London’e 13.
Не лучше обстоит дело и по деревням в условиях провинциальной жизни, свидетельством чему служит огромное количество ежегодно погибающих от опоя, — свыше 1 тыс., следовательно, во много раз больше по сравнению со всеми вообще странами Европы, принимая, конечно, во внимание относительное число жителей. Достаточно упомянуть, что смертность от алкоголя у нас в 5 раз больше, чем во Франции.
Нечего говорить, что цифры погибающих от опоя еще ничуть не выражают числа лиц, погибающих от алкоголя вообще, ибо при этом не принимают в расчет ни утонувших в пьяном виде, ни насмерть убившихся вследствие падения в нетрезвом состоянии, ни погибающих от драки в пьяном виде, ни кончивших самоубийством в опьяненном состоянии, ни погибших пьяными в пожаре, часто обусловленном пьянством же, ни замерзших в пьяном виде, ни убитых от руки пьяного и, наконец, здесь нет тех, которых алкоголь убивает медленной смертью как отравитель души и тела и которые значатся умершими от тех или других болезней без указаний о происхождении этих последних от алкогольных излишеств. К сожалению, этих цифр статистика наша не дает, а они, несомненно, ужаснули бы всякого.
Кроме того, нельзя не принять во внимание лиц, погибающих духовно ж нравственно от пьянства. Первых у нас ежегодно насчитывается около 7500 чел[овек]. В общем можно считать, что почти 1/8 всех душевнобольных выпадает на долю алкоголиков. Кроме того, известно, что алкоголизм и сам по себе влияет на здоровье потомства, поражая непосредственно воспроизводительные органы, и действует на потомство путем психической заразы или подражания. Вследствие этого в семьях алкоголиков до 44% детей подвергаются алкоголизму, другие дети в большинстве подвержены тем или другим болезням или порокам и лишь немногие (меньше 20%) остаются здоровыми и то относительно. Есть основание думать, что вырождение от пьянства у нас проявляется в большей мере, чем в других странах. Что же касается преступлений, то по Kraft-Ebing’y около 50% всех преступлений совершаются под влиянием алкоголя; по Lombroso в Германии — 41%, а во Франции 50% преступлений находятся в зависимости от пьянства. Около этой цифры колеблются и данные д-ров Кроля и Григорьева -из нашей уголовной статистики, а также и данные Carol-Wright’a для некоторых штатов Америки; для Финляндии эта цифра определяется еще выше (Кантеле); для Франции Gamier указывает уже 65%, некоторые же авторы, как Bunge и Krohne, цифру преступлений, совершаемых в связи с потреблением алкоголя, определяют еще выше, до 70 и даже до 80%, de Kolvillil же в работе своей, приготовленной для Bruxelles’cKoro антиалкогольного съезда, полагает, что в действительности цифра эта достигает 90%.
Даже потомство алкоголиков вследствие тех или других условий дает большой процент преступности. Так, по Bair’y, на 8306 преступников-пьяниц в Германии приходится от 10,5 до 34,4% родителей пьяниц.
Из вышеизложенного ясно, с каким общественным и государственным злом мы имеем дело, когда речь идет об алкоголизме в России. Ясно также, какие усилия должны быть приложены для борьбы с этим злом, для искоренения которого должны соединиться и общественные, и государственные силы, ибо оставаться пассивными в этом деле — значит облечь себя на развал на гибель.
Но когда речь идет о борьбе с алкоголизмом, то некоторыми ставится совершенно естественный вопрос, а «как же финансы?» Ведь алкоголь — источник русского бюджета, дающий сотни миллионов.
Но ставить вопрос таким образом — это значит прежде всего признать не только безнадежность «алкогольной болезни» русского народа, но и безнадежное положение русского бюджета. Между тем, если подсчитать суммы, уходящие на расширение и содержание тюрем для лиц, которые никогда не были бы преступниками, если бы не стали пьянствовать; если подсчитать число алкоголиков, которых ежегодно приходится держать в камерах для вытрезвления, в общих больницах (свыше 80 000) и в домах для душевнобольных (ежегодно обращается до 7500); если подсчитать число инвалидов, содержимых на казенный и общественный счет вследствие потери трудоспособности от пьянства и вследствие семейного разорения по той же причине; если далее подсчитать, какие опустошения делает алкоголь в духовной сфере нации, увеличивая вследствие алкогольной дегенерации число психастеников и неврастеников, которые, не будучи душевнобольными, утрачивают умственную трудоспособность; если подсчитать обусловленное алкоголизмом понижение физической трудоспособности трудящегося класса, что отличает крайне невыгодно русского рабочего по сравнению с западноевропейским; если подсчитать вносимую народом ежегодную плату за спиртные напитки свыше 1 млрд. р., а также те экономические потери, которые терпит народ в своем хозяйстве вследствие «пропивания», а равно и в фабричном производстве вследствие прогулов, похмелья и ослабления «рабочей» силы; наконец, если высчитать траты народных сил и средств на самое изготовление спиртных напитков и соответственный уход за ними до обложения акциза включительно (более 200 млн. р.), то не может подлежать ни малейшему сомнению, что распространение алкоголя в населении составляет с финансовой стороны огромный экономический минус, устранение которого привело бы к экономическому оздоровлению страны.
Все — это истины, которые должны быть известны всем и каждому, но которые, к сожалению, часто забываются. Но очевидно, что финансовый вопрос не должен служить тормозом для решения вопроса «алкогольного» ибо это значило бы не верить в экономические силы страны, не верить в возможность обойтись без «пьяного» бюджета и, следовательно, тем самым положить крест над всем, ибо безнадежный пессимизм есть начало смерти; к тому же, хотя бюджетное значение государственных доходов со спиртных напитков и представляется для России очень значительным (33% общего государственного дохода), однако в этом отношении Россия лишь немногим превосходит Соединенные Штаты Америки и Англию, доходы которых со спиртных напитков исчисляются в 27% всех государственных доходов.

• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 3 (0)
• Наша Столетняя война (0)
• Алкоголь – что это такое? (0)
• Классики русской медицины об алкоголе. В.М. Бехтерев. Часть 2 (0)
• Теория малых доз (0)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА МИНИСТРОВ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

27 апреля 2006 г. № 556

Об утверждении Государственной программы национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2006–2010 годы

Изменения и дополнения:

Постановление Совета Министров Республики Беларусь от 8 сентября 2008 г. № 1315 (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 2008 г., № 222, 5/28317) <C20801315>

В целях усиления борьбы с пьянством и алкоголизмом в Республике Беларусь Совет Министров Республики Беларусь ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Утвердить прилагаемую Государственную программу национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2006–2010 годы (далее – Государственная программа).

2. Определить Министерство здравоохранения, Министерство внутренних дел, Министерство образования государственными заказчиками Государственной программы.

Государственные заказчики Государственной программы в пределах своей компетенции:

готовят в установленном порядке предложения об объемах и источниках ее финансирования;

осуществляют контроль за выполнением Государственной программы, целевым использованием средств, выделяемых на ее реализацию.

3. Установить, что координатором Государственной программы является Министерство здравоохранения.

Министерству здравоохранения:

довести Государственную программу до заинтересованных и обеспечить согласованность действий по ее реализации;

осуществлять взаимодействие с государственными заказчиками при реализации мероприятий Государственной программы;

ежегодно до 25 февраля с участием заинтересованных представлять в Совет Министров Республики Беларусь информацию о ходе выполнения Государственной программы.

4. Установить, что финансирование мероприятий Государственной программы осуществляется в пределах средств, предусматриваемых в республиканском бюджете на соответствующий финансовый (бюджетный) год на содержание республиканских органов государственного управления, иных государственных организаций, подчиненных Правительству, и в пределах средств, предусматриваемых в местных бюджетах на эти цели.

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПРОГРАММА
национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2006–2010 годы

ГЛАВА 1
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Проблема пьянства и алкоголизма продолжает оставаться одной из самых социально значимых и актуальных для нашего государства. Это негативное явление причиняет как обществу в целом, так и отдельным гражданам огромный материальный и нравственный ущерб. Изучение данного вопроса показало, что пьянство и алкоголизм по масштабам своего распространения, величине экономических, экологических, демографических и нравственных потерь представляют серьезную угрозу стабильности и развитию общества, здоровью и благополучию нации.

Потребление спиртных напитков в последнее десятилетие приобрело устойчивый и массовый характер. Уровень потребления алкогольных напитков населением Республики Беларусь продолжает оставаться высоким. Объем потребления спиртных напитков на душу населения с 1995 по 2005 годы увеличился с 6,7 до 9,36 литра абсолютного алкоголя. Фактически население республики потребляет спиртных напитков больше, так как официальной статистикой не учитывается алкогольная продукция, производимая кустарным способом и реализуемая с сокрытием от учета и налогообложения.

За последние пять лет число лиц, страдающих хроническим алкоголизмом и состоящих на диспансерном учете в специализированных организациях здравоохранения системы Министерства здравоохранения Республики Беларусь, возросло с 121 880 до 171 103.

В республике ежегодно более 500 тыс. граждан, из них около 30 тыс. несовершеннолетних, привлекаются к административной ответственности за распитие спиртных напитков в общественных местах. Лицами, находившимися в состоянии алкогольного опьянения, в 2005 году совершено 32,1 тыс. преступлений, что на 18,4 процента больше, чем в 2004 году. Ежегодно сотрудниками органов внутренних дел выявляется около 80 тыс. водителей, которые управляли транспортными средствами в состоянии алкогольного опьянения.

Вызывает тревогу постоянный рост пьянства и алкоголизма среди женщин. Широко распространено потребление алкогольных напитков среди молодежи. Большинство молодых людей приобщается к потреблению алкоголя в 13–16-летнем возрасте. Только 15 процентов молодых людей ведет трезвый образ жизни, 43 процента употребляет алкогольные напитки эпизодически, в малых дозах, 31 процент – эпизодически, но выше допустимой нормы, а 11 процентов молодых людей – систематически и в большом количестве.

В массовом сознании и бытовой культуре населения, особенно молодежи, сформировался устойчивый социально-психологический стереотип, согласно которому потребление алкогольных напитков рассматривается как допустимый и модно-образцовый стандарт поведения и проявление привычного образа жизни, то есть как бытовая социально-культурная норма, традиция или обязательный ритуал. Такая повседневная культура и нравственно-психологическая атмосфера в обществе стимулирует распространение потребления алкогольных напитков, что ведет к различным формам злоупотребления алкоголем вплоть до алкоголизма. Этот социально-культурный и нравственно-психологический фактор в сочетании с широкой рекламой потребления алкогольных напитков значительно снижает эффективность работы по предупреждению пьянства и алкоголизма.

Экономические затраты государства, связанные с пьянством и алкоголизмом, включают не только прямые расходы на лечение алкоголизма и его соматических последствий, но и расходы на систему охраны правопорядка, социальной помощи, а также уменьшение доходов в связи со снижением производительности труда, высокой частотой травматизации, инвалидизации и смертности.

Огромный ущерб, который наносят пьянство и алкоголизм обществу, обуславливает государственное значение этой проблемы.

В целях решения данной проблемы, снижения социально-экономических последствий этого явления для страны разработана Государственная программа национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2006–2010 годы (далее – Государственная программа).

ГЛАВА 2
ОБОСНОВАНИЕ НЕОБХОДИМОСТИ ПРИНЯТИЯ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ

Мероприятия по реализации Государственной программы национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2000–2005 годы, одобренной постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 23 августа 2000 г. № 1332 (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 2000 г., № 83, 5/3942; 2003 г., № 116, 5/13197) (далее – Государственная программа на 2000–2005 годы), были направлены в основном на решение текущих задач, преимущественно тактического характера. Результаты показали эффективность принимаемых государством мер по предупреждению пьянства и алкоголизма и необходимость комплексного решения данной проблемы.

Однако ситуация с пьянством и алкоголизмом остается сложной, эти явления продолжают быть массовой проблемой. Для радикального изменения ситуации необходимо продолжение программы совместных усилий всего общества по искоренению пьянства и алкоголизма. Опыт реализации Государственной программы на 2000–2005 годы показал, что для решения проблемы пьянства и алкоголизма имеется необходимость в проведении массированной пропаганды трезвого образа жизни, научно обоснованной, активной и эффективной политики государственных органов и общественности по снижению уровня потребления алкогольных напитков населением. Данная политика может быть реализована при выполнении Государственной программы на 2006–2010 годы.

Для решения проблемы пьянства и алкоголизма в первую очередь требуются:

информирование населения о последствиях пьянства и алкоголизма и преимуществах установки на трезвый образ жизни;

координация деятельности органов исполнительной власти и государственного управления по вопросам предупреждения пьянства и алкоголизма;

совершенствование законодательства по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма и их последствий;

ужесточение ответственности за распитие, реализацию алкогольных напитков несовершеннолетними;

ужесточение регулирования производства и оборота алкогольной продукции;

повышение эффективности работы наркологической службы республики;

использование современных научно обоснованных технологий для повышения качества профилактики, диагностики и лечения больных алкоголизмом;

повышение уровня подготовки медицинских специалистов по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации заболеваний, связанных со злоупотреблением алкоголем.

Выполнение Государственной программы на 2000–2005 годы определило необходимость и оправданность усилий государства, направленных как на решение проблемы в целом, так и по отдельным категориям населения, в первую очередь несовершеннолетних и молодежи.

В отношении молодежи прежде всего должен быть запланирован и реализован комплекс профилактических мероприятий с участием всех государственных органов и общественных организаций.

Мероприятия, проводимые в данном направлении, должны привести к снижению уровня потребления алкоголя среди населения, формированию общественной установки на трезвый образ жизни и укреплению здоровья населения республики.

Реализация мероприятий Государственной программы согласно приложению 1 с учетом объемов финансирования, приведенных в приложении 2, будет способствовать защите общества от пьянства и алкоголизма, позволит активизировать работу в республике по их профилактике, привлечет значительную часть населения к ведению трезвого образа жизни, снизит уровень потребления алкогольных напитков и тем самым значительно улучшит состояние здоровья населения Республики Беларусь.

ГЛАВА 3
ПРИОРИТЕТНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ, ЦЕЛИ, ЗАДАЧИ И ОЖИДАЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ

Государственная программа сформирована исходя из актуальных задач, стоящих перед обществом, по профилактике пьянства и алкоголизма, пропаганды трезвого образа жизни среди населения, а также для дальнейшей реализации Концепции государственной антиалкогольной политики, одобренной постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 6 января 2000 г. № 23 (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 2000 г., № 8, 5/2411).

Приоритетными направлениями Государственной программы продолжают оставаться вопросы совершенствования законодательства и разработка системы эффективных профилактических мероприятий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма, взаимодействия государственных органов с общественными организациями, регулирования производства и оборота алкогольных напитков, совершенствования организации наркологической службы, обеспечения научных исследований в области профилактики алкоголизма и связанных с ним последствий.

Основными целями Государственной программы являются:

снижение уровня потребления алкогольных напитков населением Республики Беларусь;

снижение показателей заболеваемости алкоголизмом и заболеваемости, связанной со злоупотреблением алкоголем;

снижение уровня инвалидности и смертности, связанной со злоупотреблением алкоголем.

Государственная программа предусматривает решение следующих основных задач:

формирование в общественном сознании населения, в первую очередь молодежи, установки на трезвый образ жизни;

повышение престижности трезвого и здорового образа жизни среди населения республики;

активизация деятельности органов исполнительной власти и государственного управления по вопросам профилактики пьянства и алкоголизма;

привлечение общественных и религиозных организаций к участию в формировании трезвого образа жизни;

совершенствование законодательства по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма;

совершенствование организации наркологической службы и ее взаимодействия с государственными органами и общественными организациями по вопросам профилактики пьянства и алкоголизма;

разработка и внедрение системы мониторинга и методики оценки эффективности деятельности по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма;

обеспечение научных исследований в области профилактики пьянства и алкоголизма и связанных с ними последствий.

Реализация мероприятий Государственной программы позволит достигнуть следующих результатов:

уменьшения уровня потребления населением алкогольных напитков до 10 процентов в год;

снижения уровня смертности от алкоголизма и случайного отравления алкоголем на 2 процента в год;

снижения показателя заболеваемости алкоголизмом в среднем на 2–3 процента в год, в том числе уменьшение первичной заболеваемости различными формами алкогольных психозов на 5 процентов ежегодно;

снижения на 10 процентов случаев возникновения алкогольной зависимости у несовершеннолетних;

сокращения на 10 процентов количества детей, систематически употребляющих алкогольные напитки, из числа неблагополучных семей.

ГЛАВА 4
МЕХАНИЗМ РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ

Исполнители Государственной программы:

разрабатывают планы по выполнению мероприятий Государственной программы;

осуществляют организацию, выполнение и контроль мероприятий в соответствии с прогнозируемыми результатами;

подготавливают и направляют в Министерство здравоохранения информацию о выполнении мероприятий Государственной программы ежегодно не позднее 15 февраля года, следующего за отчетным.

Исполнители Государственной программы несут ответственность за своевременное и полное выполнение мероприятий, рациональное использование выделенных средств и освоение средств из внебюджетных источников.

Государственные заказчики обеспечивают в ходе реализации Государственной программы координацию деятельности исполнителей, контролируют целенаправленное и эффективное использование финансовых средств на выполнение намеченных мероприятий.

Отдельные мероприятия Государственной программы при необходимости могут корректироваться с учетом социально-экономического развития Республики Беларусь, выделенных средств, результатов, достигнутых в ходе реализации Государственной программы, и оформляться в виде изменений, вносимых в установленном порядке.

В целом контроль за ходом реализации Государственной программы осуществляется в соответствии с Положением о порядке формирования, финансирования и выполнения государственных народнохозяйственных и социальных программ, утвержденным постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 4 ноября 2004 г. № 1404 (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 2004 г., № 176, 5/15117).

• Народ и “царев кабак” (0)
• Белорусский рынок табачных изделий в 2007 г., январе-марте 2008 г. (0)
• Ленин и алкоголь. Что было на самом деле (0)
• Рынок пива Беларуси за январь-октябрь 2006–2007 гг. (0)
• Алкоголь – что это такое? (0)